Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Раздел Chitat.online для книги «Королевская кровь. Книга 7» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Котова Самиздат подборки серии
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Королевская кровь. Книга 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А влево от дороги уходила широкая каменная стена, очерчивая границу герцогства. Здесь начиналась система фортификаций Дармоншира.
Люк проехал дальше и вернулся, свернул к ближайшему форту, решив посмотреть, многое ли изменилось там с детских лет. Комендант гарнизона, седоусый грузный полковник Фрост, встретил владетеля земель и своего непосредственного командира с тревогой и удивлением. Но уже через полчаса, уяснив, что его светлость в военном деле разбирается и приехал без намерения вмешиваться в его работу, с удовольствием показывал ему и быт гарнизона, и смену патрулей, и как осуществляется связь с соседними фортификациями. И даже лично сопроводил на высокую дозорную башню, откуда открывался все тот же унылый вид на поливаемые дождем поля, леса и близкое море. Разбавлял его только тщательно поддерживаемый оборонный вал, и ров, засаженный кустарником да видневшаяся система окопов и блиндажей.
– Учения проводим, ваша светлость, – объяснил Фрост. – Нужды нет, да в этой слякоти бойцам только дай заскучать, сразу же пойдут драки и самоволка. А лопата в руках на валу или во рву любую скуку выгонит.
Люк усмехнулся – дисциплинарные приемы у всех военных одинаковы. В поддержании вала действительно не было нужды, и система фортификаций давно уже изжила себя, но в Инляндии были сильны традиции. Если предки построили, отчего бы не использовать?
С комендантом они пообщались очень оживленно – оказалось, что Фрост знаком с преподавателями в его училище. И перед тем как попрощаться и уехать, Люк попросил составить список требуемого для гарнизона и передать в замок Вейн. И пообещал приехать еще.
Когда красная спортивная машина взревела, засияла фарами и в сумерках понеслась по дороге вдоль стены, полковник Фрост набрал коменданта следующего форта и в самых дружеских выражениях посоветовал ему проверить, все ли в порядке в гарнизоне. Потому что он практически готов побожиться, что не более чем через двадцать минут к ним заглянет новоявленный и очень въедливый герцог Дармоншир.
Люк доехал до замка Вейн уже в темноте. Пребывание среди солдат и офицеров встряхнуло его и успокоило – всё же в армии все проще, прозрачнее и спокойнее. Герцога уже ждал отличный ужин, приведший его почти в блаженство: утиная грудка под маринадом, запеченный паштет, глазированные овощи. Так что лорд Лукас с удовольствием выпил бокал вина и лег спать.
А утром встал похмельным, агрессивным и измученным, потому что тревожное покалывание, не дающее сидеть на месте со вчерашнего дня, усилилось, стоило ему только сомкнуть веки и начать уходить в сон. Усилилось до вполне осязаемого, болезненного – то, что казалось очередной потребностью в адреналине, переросло в выбивающие слезы судороги.
