Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Раздел Chitat.online для книги «Королевская кровь. Книга 7» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Котова Самиздат подборки серии
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Королевская кровь. Книга 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Соперник – главный, сильный, вжимает тебя в какую-то щель, острые камни больно впиваются в бока, выворачивают крылья. Дышишь со свистом.
«Имя, – шипит в голове, – вспоминай!»
«Я хочу ессссть…»
«Разрешшшу…имя, змееныш, имя!»
Ты замираешь, понимая, что проиграл.
«Что такое имя?»
Тебя снова встряхивают, но зубы уже не сжимают загривок.
«Как тебя называет мать?»
Выпрыгнувшая в просвет луна вспышкой слепит глаза.
«Мать».
Картинками воспоминания – теплые руки, улыбка, темные волосы. Запах молока.
«Молоко вкусссноеее».
Раздраженное шипение. Но голова взрывается от воспоминаний и от приходящего на смену им ужаса. Почему – то глаз выхватывает собственную трехпалую лапу, покрытую чешуей. Дергаешься – и в стороне поднимается и опускается серебристый чешуйчатый хвост.
«Что за хрень со мной произошла?!!! Кто ты? Кто я?»
«Имя!»
«Люк. Меня зовут Люк».
Кольца вокруг разжимаются, и ты некоторое время лежишь мордой в снегу, приходя в себя. Потом медленно встаешь, поджимаешь хвост, опасливо склоняешь шею и разворачиваешься.
И смотришь на освещенного луной огромного змея с четырьмя такими же короткими лапами, как у тебя, тонким туловищем, длинной шеей и хвостом, пастью, сужающейся в кожистый зубастый клюв, и изящными перьями, начинающимися за головой и трепещущими на ветру до половины шеи. Змей ранен – но раны его словно подергиваются белесой дымкой и затягиваются.
«Ты хотел есть».
Голод мгновенно выбивает из головы все мысли – и только краем обалдевшего сознания ты удерживаешь себя.
«Есссть…»
«Здесь чуть ниже пасется стадо горных коз. Иди, поохоться. И возвращайся».
Ты не дослушиваешь – прыгаешь со скалы, в полете рассматривая серые точки на белом склоне. Еда. Кровь.
Оставшийся на каменной площадке старый змей, вытянув шею, смотрел, как неуклюже, вмазываясь в снег и поднимая лавины, хватает голодный новорожденный рассыпающихся в стороны животных. Сверху зашумело, и рядом с ним опустился еще один. Молча встопорщил перья, с любопытством посмотрел вниз.
«Знакомая аура. Как это вообще возможно?»
«Возможно», – сухость ответа читалась отчетливо.
«Ты мне много должен объяснить, Лици. Я себе не поверил, когда почуял. Думал, мой старший раньше срока решил обернуться».
«Я не могу. Не властен над этим. Обещай, что поучишь его, если что-то случится. А сейчас лети обратно под бок к Тали».
«Почему ты знаешь все о моих секретах, а я о твоих ничего?» – обиженно уточнил второй король.
«Потому что я умнее, Тери».
Некоторое время со скальной площадки сыпались камни – там возили друг друга о камень два старых змея. Снизу раздался разочарованный рев, и два величества расцепились, снова вытянули шеи над долиной.
«Лети.
