Что же, я бы тоже пропустил наследника к кому угодно, будь моя жизнь подневольной. Отказать ему было смерти подобно.
‒ Что, уже заручился поддержкой Терезы? ‒ едкий вопрос с привкусом яда слетел с губ брата.
‒ А ты за мной следишь? ‒ я откинулся в кресле, ожидая увидеть самое настоящее представление с невероятно яркой кульминацией. Если учесть предыдущий конфликт и новую порцию внезапного откровения, зрелище меня ожидало фееричное. С запахом гари и пепла.
‒ Это вынужденная мера, Дамион. Ты не оставил мне выбора.
Карла просто разрывало от переизбытка негативных эмоций, что отражалось в каждом резком движении, в каждом слове.
‒ Мой брат, которому я верил, предал меня!
Я сжал челюсть и зажмурился. Слышать о предательстве было дико. Наследник даже представить не мог, на какие я шел шаги ради его благополучия. На что был готов ради его азгаровой жизни.
Злость рождалась во мне, как пламя из углей. Она проникала в каждую клетку, заполняя дымом легкие.
‒ Предал? ‒ голос мой звенел сталью.
‒ Именно! ‒ не мог угомониться брат. ‒ Ты пытаешься украсть мою невесту, рассказываешь ей все, скрываешь от меня связь матери и Кайруса… Что это, если не предательство?
Стукнув со всех силы кулаком по столешнице, я подскочил с места и нагнулся вперед. Мне нужна была эта преграда между нами, чтобы я не свернул шею зазнавшемуся дракону. Я был так взбешен, и контроль давался все сложнее и сложнее.
‒ Все, что я делал в этой гребаной жизни, всегда было связано с защитой, ‒ прорычал я. ‒ Неблагодарный ты… ‒ последнее слово проглотил. Нет, я не опущусь до оскорблений. ‒ Я всегда делал то, что считал лучшим для тебя.
‒ Для себя! ‒ поправил меня Карл. ‒ Ты всегда делал то, что было лучше для тебя.
‒ Нет! ‒ закричал я так, что стекла кабинета зазвенели. ‒ Я всегда думал о тебе!
‒ Лжец! ‒ Карл сделал шаг в мою сторону. Руки его объяло драконье пламя, и в комнате моментально стало жарко. ‒ Поселив Анжелику рядом с собой, ты тоже думал обо мне? Ну, скажи мне. Чего молчишь?
Дракон внутри меня взбунтовался. Его передернуло от возмущения, и я почувствовал, как чешуя забугрилась на плечах. Вторая ипостась присвоила Лику себе давно и хотела уничтожить любого, кто заденет ее даже словом. А брат и так позволил себе много лишнего.
А в следующую секунду принц решил и вовсе разрушить все границы между нами.
Он бросился на меня через стол, сметая все на своем пути, и мы сцепились в рукопашной. Кресло опрокинулось. Но упав на пол, мы продолжали обмениваться ударами.
