Автор
В тени старых фонтанов и в тишине вековых деревьев открывается мир "Бездуш", где каждая персона бездушен по наследству или из-за исчезновения души. Тина Аддерли узнает, что в этом королевстве она не единственная носитель такой судьбы — и теперь каждый может предугадать ее мысли. Атмосфера мрачная и загадочная, полна тайн и опасностей, где каждое слово может быть исполнено....
Кто-то бросался вперед, чтобы поприветствовать, кто-то мялся и бледнел, вспоминая разговоры о проклятии, болезни, отбирающей чары, и прочие слухи, от которых академия бурлила, как котел с дурнопахнущим снадобьем. Вот-вот через край польется!
— Он проиграл… Его чуть не убил аспид… Он не справился…
— Первый Вандерфилд, не сумевший одолеть черную тварь… Вы видели? Жуть такая… Он проиграл, проиграл, проиграл!
Настырные голоса обволакивали, проникали в уши, словно мерзкие насекомые, и от них хотелось закрыться, спрятаться! Или вскочить и заорать, чтобы все замолчали.
Эша, казалось, это совсем не трогало.
Он внимательно осмотрел аудиторию, и под этим высокомерно-насмешливым взглядом шепот смолкал, а сплетники отводили глаза. Я тихонько перевела дыхание.
Вандерфилд вежливо поздоровался с профессором и двинулся по проходу. Он шел, как всегда, безупречно одетый и лишь немного бледнее обычного. Ну и еще под белоснежной рубашкой и пиджаком со знаком ВСА угадывалась повязка, туго обвязавшая грудь.
А я вместо геральдики поплелась в лазарет, и врачевательница ахнула, увидев меня:
— Милая, да ты совсем плоха! Тебе нужны лекарства и покой!
— Я не могу, скоро экзамены, — закашляла я.
— Да что ты говоришь! Если срочно не начать лечение, болезнь переползет сюда! — Она приложила ладонь к моей груди. — Никаких уроков! Ты поняла? Я не позволю!
Я покосилась на дверь, размышляя, не сбежать ли, пока не поздно. Не объяснять ведь доброй целительнице, что у меня нет времени и возможности валяться на койке в лазарете! Надо писать доклады, надо учить чароит, надо практиковаться в материализации! До первого экзамена осталось всего ничего! И зачем я вообще пришла?! Думала, мне дадут какой-нибудь волшебный эликсир — и все дела!
Но стоило открыть рот, и меня сложило пополам от раздирающего горло кашля!
— Мигом в кровать! — скомандовала врачевательница.
"Не успела я опомниться или возразить, как мне выдали длинную холщовую рубашку, переодели и засунули под одеяло. Горло намазали зеленой дрянью и замотали колючим шерстяным шарфом.
