Автор
В тени старых фонтанов и в тишине вековых деревьев открывается мир "Бездуш", где каждая персона бездушен по наследству или из-за исчезновения души. Тина Аддерли узнает, что в этом королевстве она не единственная носитель такой судьбы — и теперь каждый может предугадать ее мысли. Атмосфера мрачная и загадочная, полна тайн и опасностей, где каждое слово может быть исполнено....
Когда-то мне сказали, что единственное, ради чего стоит бороться, — это любовь. Тогда я был достаточно глуп, чтобы усмехнуться, и достаточно высокомерен, чтобы не поверить. В тот день я стоял на горбатом мосту, между древними каменными чудовищами, и думал, что хорошо знаю, кто я, куда иду и зачем мне дана эта жизнь.
Но как же я ошибался.
Здесь, в черной ледяной глубине, так отчетливо становятся видны мнимые идеалы и ложные представления. Здесь не нужны сины, власть, достаток. Лишь глоток воздуха.
Здесь, в губительном безмолвии, отчетливо слышен стук сердца и ток крови. И становится таким понятным великий замысел lastfata. В первый раз я спас Тину, не зная, чем мне это грозит. Второй — сделал осознанно, понимая, что делаю, и всей душой желая этого.
Здесь, в безмолвном холоде, я осознал главное."
"Падение в реку повторилось и закольцевалось, словно мифический змей в книге «Откровение».
Река, затянутая льдом. Черная глубина. Девушка.
И я.
Тонкая рука призрачно взметнулась в черноте, и я схватил, потянул. Совсем близко мелькнуло ее лицо — словно подсвеченное изнутри, с широко распахнутыми глазами. Во тьме плыли светлые волосы и шелк платья. Река обнимала уже почти ласково, тянула на глубину, убаюкивала…
Мы сплелись руками и волосами, ее губы так близко… Словно танец…
Нет!
Рванул вверх, к толще льда, крепко сжимая руку пустышки.
Я сжал ее руку…
— Unda!
Заклинание прошелестело в воздухе едва слышно, но меня выкинуло из воды и накрыло согревающим теплом. И тут же обуял ужас. Мой потенциал вырос. Вырос! Сильно!
Я упал на колени, развернул к себе лицо Тины. Боги, какая же бледная…
— Очнись!
Вдох в холодные губы.
— Очнись, ну же!
Перевернул, сдавил ее грудь, избавляя от остатков воды. Завернул в мантию, которая так и валялась рядом.
