— Женщины стремятся завернуться в одежды с ног до головы. Правда, иногда они позволяют себе платья с довольно откровенным вырезом. А так… Цепляют на себя пару юбок, не считая нижней, и закрывают руки, оставив только кисти. Это считается приличной одеждой.
— Получается, смертные женщины отвыкли бегать и сражаться. Пятьсот лет назад все было не так.
Я разглядывала бирюзовый наряд с богатой отделкой золотым шитьем. Вполне пристойная, по меркам смертных, одежда.
— Удивительно, — протянула Мор. — Насколько знаю, даже стена не обезопасила людей от проникновения фэйри в их мир. Казалось бы, одежда должна быть легкой и удобной. Такой, чтобы и убежать, и сразиться с непрошеными гостями. Что ж это с людьми случилось?
Я остановила выбор на бирюзовой кофте и штанах. Достав их, показала Мор. Та лишь кивнула. Ианта прочла бы мне целую лекцию о том, как надлежит одеваться для такого случая.
В памяти всплыла сцена столетней давности, показанная Ризом. Усилием воли я отпихнула ее и продолжила разговор с Мор."
"— Мне трудно представить, какими были человеческие женщины пятьсот лет назад. Сейчас для большинства из них главное — выйти замуж, произвести детей, вырастить, а потом устроить их женитьбу или замужество. Многое зависит от сословия. Бедняки гнут спину на полях. Кто-то поступает в наемники или в солдаты. Кто-то ремесленничает или торгует. У людей… чем ты богаче, тем меньше у тебя свободы и больше правил, как надо себя вести. Не думай, что деньги приносят возможность поступать так, как вздумается.
— У фэйской знати — почти то же самое, — зевнула Мор, выдергивая из моего одеяла разноцветную нитку.
Я зашла за ширму, чтобы переодеться для предстоявшего путешествия.
— При Дворе кошмаров женщины считаются чем-то вроде… выигрыша, — продолжала Мор, и в ее голосе появился лед. — За нашей девственностью зорко следят, чтобы потом продать и ее, и нас тому, кто заплатит подороже и союз с кем видится семье наиболее выгодным.
Я продолжала одеваться, хотя и медленнее, чем обычно. Мне нужно было хоть чем-то себя занять, поскольку от рассказа Мор веяло ужасом. Наверное, сейчас я услышу еще одну леденящую кровь историю.
— Я родилась самой сильной, не только среди сестер, но и среди братьев. Скрыть это невозможно, поскольку взрослые способны учуять твою силу. Точно так же они распознаю́т наследника верховного правителя, еще когда тот ползает на четвереньках. Сила оставляет отметину. Она слышна, будто… эхо. В свои двенадцать, еще до наступления месячных, я молилась, чтобы не нашлось желающего взять меня в жены и чтобы я избегла участи старших двоюродных сестер. Все они вышли замуж без любви. У кого-то жизнь была просто скучной, а у кого-то еще и жестокой.
Я надела кофту и долго застегивала пуговицы на бархатных манжетах.