Автор
В тени зловещих стен королевства гнева и тумана, тыквах поднимается кровавое облако, а ярость пронзает воздух холодным ветром. Здесь смерть ожидает тебя за каждым шагом, и тебе не хватит сил устоять перед жестоким судьей, когда ты распахнешь двери этого королевства.
У меня подгибались колени, и каждый шаг требовал изрядного напряжения сил и воли. Тамлин облачился в зеленый, расшитый золотом камзол. На голове сверкала корона из лавровых листьев. Сегодня Тамлин предстал передо мной таким, какой есть, без магических ухищрений, позволяющих несколько притушить его красоту. Все его великолепие предназначалось мне.
Я смотрела только на него, на моего верховного правителя. И Тамлин смотрел только на меня. Наконец я сошла на мягкую траву, усыпанную лепестками белых роз…
Вперемешку с красными.
Они напоминали капли крови и тянулись до самого возвышения.
Я заставила себя смотреть на Тамлина. На его горделиво расправленные плечи и высоко поднятую голову. Он и представить не мог, какой сокрушенной я была в душе и сколько темноты жило во мне. Я ощущала себя недостойной этих белых одежд. Даже мои руки в шелковых перчатках представлялись мне отвратительно грязными.
А еще мне казалось, что схожие мысли сейчас наполняли головы всех гостей. Они и не могли думать по-иному.
Мне полагалось идти неспешно, однако каждый мой шаг был излишне быстрым, словно я торопилась поскорее оказаться на возвышении, рядом Тамлином.
Спасительница. А не я ли убила двоих ни в чем не повинных фэйцев?
Я была убийцей и вруньей.
Кучка красных лепестков впереди казалась мне лужей крови. Такая же лужа разлилась у моих ног, когда я убила свою первую жертву — фэйского юношу.
До возвышения оставалось десять шагов. Чем ближе к этим красным лепесткам, тем медленнее становились мои шаги. Возле красной кромки я остановилась.
Все внимательно смотрели на меня. Точно так же они глазели на меня тогда, будучи зрителями моих мучений.
Тамлин протянул ко мне руку, слегка сдвинув брови. Мое сердце билось все быстрее.
Я боялась, что меня вытошнит. На красные лепестки, на траву, на ленты, протянутые вдоль спинок стульев.
Мне показалось, что под моей кожей, возле костей, что-то звенело и барабанило.
Слишком много глаз смотрело на меня. Пристально, выжидающе. Здесь собрались свидетели всех преступлений, совершенных мною, всех унижений, через которые я прошла.
И зачем только я надела перчатки? Зачем поддалась на уговоры Ианты?
Заходящее солнце вдруг показалось мне чересчур жарким, а сад, занимавший внутренний двор, — слишком тесным. Пространство, откуда не сбежишь.
