Я не стала дожидаться, пока Ласэн достигнет ворот и тоже исчезнет.
Тамлин запер меня. Замуровал меня внутри своего дома.
Я бросилась к ближайшему окну и распахнула створки. Лицо обдало прохладным весенним ветром. Я выставила руку. Едва миновав границу окна, пальцы наткнулись все на ту же проклятую невидимую стену. Гладкую и очень прочную.
Мне стало трудно дышать.
Я оказалась в ловушке.
Весь громадный дом превратился для меня в ловушку. Это ничем не отличалось от плена в Подгорье. С таким же успехом я могла вновь попасть в ненавистную камеру…
Я попятилась. Мои шаги были слишком легкими и быстрыми. Я наткнулась на дубовый стол, что стоял посередине передней. Никто из караульных даже не шевельнулся.
Тамлин запер меня. Посадил под незримый замок.
Я уже не видела ни мраморного пола, ни картин на стенах, ни величественной лестницы за спиной. Исчезли веселые крики птиц и шелест ветра в портьерах.
Пространство вокруг меня стремительно заволакивало чернотой, поднимавшейся откуда-то снизу. Она грохотала, как разбушевавшаяся стихия, круша и пожирая все на своем пути.
«Он меня запер. Он меня запер. Он меня запер…»
Я должна выбраться отсюда. Однажды я уже побывала в тюрьме и только чудом вырвалась. И на этот раз, на этот раз…
Переборос! Почему бы мне не попробовать переброс? Я исчезну, растворюсь в воздухе, а потом появлюсь в другом месте, свободная от невидимых оков. Я обратилась к своей силе. Я наугад искала внутри себя хоть что-то, что подсказало бы мне, как это сделать. И ничего не находила. Не было ничего. Я и себя ощущала ничем. Ничтожеством, которому никогда не выбраться отсюда.
Откуда-то издалека меня окликали по имени.
Асилла. Что ей надо?
Но меня уже обволокло коконом темноты, огня, льда и ветра. Этот кокон расплавил кольцо на моем пальце, и капельки золота сгинули в пустоте. Потом туда же отправился изумруд. Я окружила себя ревущей, неуправляемой силой, словно это могло помешать стенам неумолимо надвигаться на меня. Мне стало нечем дышать.
Я не смогу отсюда выбраться. Не смогу. Не…
Худощавые сильные руки удерживали меня за подмышки.
У меня не было сил оттолкнуть их.
Потом одна рука опустилась к моим коленям, другая протянулась к спине. Меня подняли. Женщина.
Я не могла и не хотела ее видеть."
"Амаранта.
Она все-таки добралась до меня, чтобы окончательно расправиться со мной.
Похоже, женщин было двое. Они о чем-то говорили, и ни одна из них не была Амарантой.
— Вы уж позаботьтесь о ней, — услышала я голос Асиллы.
Асилле ответил другой женский голос, раздавшийся возле моего правого уха:
— Считай, что вам всем крупно, очень крупно повезло, что мы появились здесь в отсутствие вашего верховного правителя. Когда ваши караульные очнутся, головы у них будут раскалываться от боли, но это пройдет.