Автор
В Королевстве грез ты будешь окунут в мир неожиданных приключений: отстранимых героев и сюжетов, которые заставят тебя задуматься о настоящем и фантастическом одновременно. Здесь смесь страстности, юмора и обаяния создает особенную атмосферу, где каждый персонаж имеет право на жизнь, даже самые необычные....
Кто бы мог подумать, – перескакивая с одного на другое, болтала она, – что наш дикий Волк станет ласковее ручного котенка меньше чем за два месяца после женитьбы?
– Он не котенок, – возразила Дженни с таким чувством, что у Катарины вытянулось лицо.
– Я… пожалуйста, Дженни, простите меня, ведь вы в самом деле попали в ужасное положение. Мы все понимаем, поверьте.
Глаза Дженни тревожно расширились при мысли о том, что ее чувства к Ройсу каким-то образом могли стать общим достоянием. Несмотря на отчуждение, они более двух недель назад, когда в ворота начали въезжать нежданные гости, прибывающие на турнир, договорились не посвящать посторонних в свои разногласия.
"– Все понимаете? – осторожно переспросила Дженни. – Что именно?
– Ну, как трудно вам будет завтра… сидеть на турнире на галерее мужа и оказывать ему знаки внимания на глазах у своих родичей.
– Я этого делать не собираюсь, – со спокойной решимостью заявила Дженни.
– Дженни, но не собираетесь же вы сесть на другой стороне… с шотландцами?
– Я и есть шотландка, – провозгласила Дженни, но внутри у нее что-то мучительно сжалось.
– Теперь вы Уэстморленд… Сам Господь заповедал жене прилепиться к мужу! – Прежде чем Дженни смогла ответить, Катарина схватила ее за плечи и отчаянно проговорила: – Вы даже не представляете, что наделаете, если публично уйдете на сторону его противников! Дженни, здесь Англия, а ваш муж – это… это легенда! Вы выставите его на посмешище! Все, кто успел полюбить вас, сменят любовь на ненависть, пусть даже в тот же момент будут презирать вашего мужа, не сумевшего покорить собственную жену! Пожалуйста… я умоляю, не делайте этого!
– Я… мне надо напомнить мужу о времени, – безнадежно отвечала Дженни.
Торчавшие позади нее слуги глядели ей вслед как побитые, потом кинулись к кузнецу, стоявшему в компании двух десятков конюших из Клеймора.
– Ее сиятельство, – не веря самому себе, выпалил один из слуг, – будет завтра сидеть с шотландцами.
– Врешь! – взорвался юный лакей, обожженную руку которого Дженни вчера самолично лечила и перевязывала. – Она никогда так не сделает. Она наша.
– Милорд, – молвила Дженни, добравшись до Ройса, и он мгновенно повернулся к ней, оборвав лорда Мельбрука посреди фразы, – вы сказали… – попыталась напомнить она, не в силах выбросить из головы слова Катарины об обращенном на нее взгляде мужа.
