Автор
В темных апартаментах запах свечей и дорогих тканей завораживает сознание, создавая невесомую магию. Ночь наступила, но душевные муки не дают уснуть: ты в королевстве иллюзий, где каждое слово и движение имеет собственную реальность.
Ещё немного, хотя мне эти минуты кажутся бесконечностью, и мы прилетаем на нашей карете с цветомузыкой к родным пенатам. Прошло лишь немногим больше пары недель отпуска, а кажется, что на работе не была два года, не меньше! Я уж успела прожить целую жизнь и временами даже постареть на двадцать пять лет, а по больничному всего четыре смены! Как раз пятая сегодня.
— Никитична!
* * *Реву на мягкой большой, можно сказать, материнской груди. Суровая дуэнья, гладит меня по голове, как маленькую девочку, в то время, как я, размазывая слёзы вперемешку с соплями по её накрахмаленному халату, заикаясь и сбиваясь, рассказываю фантастическую историю про холодильник, портал, королевство Абекур и герцога Оберонскго, которого она тут не так давно гоняла половой тряпкой, пытаясь вытравить из него вшей и всякую другую заразу.
Никитична только повторяет,
— Танюшка, милая моя, всё будет хорошо, всё наладится, — мы в её кандейке вдвоём, верит моим словам или нет, не представляю, но сил держать всё в себе больше не осталось.
Как только скорая примчалась к приёмнику, нас уже встречали, Миха по связи предупредил, что везём тяжёлого. Ловким наработанным движением восьми рук Костю перекинули на больничную каталку и наверх в операционную. Мой порыв помчаться следом пресекли в корне,
— Спасибо, обойдёмся без помощников, и под ногами не мельтеши.
Глава 29
Меня замещает Верушка, дневная медсестра. Она всех замещает, когда приходит время отпусков. В приёмнике пока тихо, поэтому ничто не мешает нашему уединению.
Дослушав мой бред до конца, а на взгляд здравого человека, так и есть, Никитична, как ни странно, у виска не крутит и не вглядывается в мои глаза в поисках безумия, но изрекает здравую мысль,
— Когда наступит утро, займись выправлением своему Косте документов, любую справку, бумажку, что угодно.
