Автор
В темных апартаментах запах свечей и дорогих тканей завораживает сознание, создавая невесомую магию. Ночь наступила, но душевные муки не дают уснуть: ты в королевстве иллюзий, где каждое слово и движение имеет собственную реальность.
— Ну, так правда же, куда без них? Ни еды не купишь, ни одежды!
— Вот и люди тебя богиней считают, и не важно, что считаешь ты! Твоё благословение им в радость, верят, и значит, оно работает!
— А ты веришь, Берти? Ты сам в меня веришь? — ну, давай, признайся уже! Довольно играть со мной в эту странную игру!
— Я только в тебя и верю, любимая! — чувствую, как его крепкая рука прижимает меня к груди, как он, горячо дыша, целует мой затылок. Вот и поспорь! Но мне понятно, о чём он, сама такая,
— И я верю в тебя, Берти! С первого дня, с самого первого взгляда!.
* * *Мерный ход Орго настраивает на релакс, даже языком ворочать не хочется, прижавшись к надёжной груди, просто созерцаю окрестности, иногда впадая в дрёму, вообще, заметила, что в этом краю очень благотворный сон. То ли воздух насыщен озоном, то ли ароматы местных трав так дурманны, но сплю здесь, как убитая. Вот и сейчас укачало. Всё проспала, и красивое озеро в том числе, где мы вчера делали привал, а хотелось ещё там побывать.
Закатные лучи тёплого Абекурского солнца ещё ласкают листву и травы, но уже вечереет, и нам пора возвращаться обратно в холодную и неприветливо-серую зиму.
Я стою и ловлю остатки тепла, прежде чем последовать за любимым в уже знакомый грот. Мне надо быть очень внимательной и многое запомнить, всякое может случиться, и я не должна быть головной болью и обузой для Кости. Всё надо уметь самой.
— Берти, что значит «трёхдневная привязь»? — сразу хотела спросить, да позабыла.
— Вот, смотри, — Костик берёт палку и втыкает в землю, разматывает верёвку, которой нас снабдил Тео, привязывает к получившемуся колышку, — длина привязи такова, что лошади хватает травы в её пределах на три дня. Когда Орго всё выщиплет, до чего достанет, то потянется дальше, — снимает с коня уздечку, а верёвку другим концом крепит к седлу на какой-то хитрый узел, — он легко развяжется, и Орго сам вернётся домой.
— Откуда ты знаешь?
— Матео специально дрессирует своих лошадей. Старая хитрость, его Джакопо научил.
Так не хочется лезть в тёмный сырой грот, но делать нечего, надо. Пробравшись по камням в нужное место, мы одеваемся в свои куртки, они стали противно влажными и неприятными. Замечательные башмачки я упаковала в седельную сумку, чтобы Орго вернул их Мирее назад, вдруг к ним заплутает ещё какая-нибудь незваная богиня с маленьким размером ноги.
