Автор
В темных апартаментах запах свечей и дорогих тканей завораживает сознание, создавая невесомую магию. Ночь наступила, но душевные муки не дают уснуть: ты в королевстве иллюзий, где каждое слово и движение имеет собственную реальность.
От его активного массажа, кровь приливает к конечностям, я наконец-то ощущаю себя целиком со всеми габаритами, и уже жарко!
— Всё, хватит, щекотно, Костик! Попробую встать.
— Давай, любимая! — натягивает ботинки прямо на босые ноги и поднимает снова."
"Со второй попытки это удаётся. Затем разматывает шарф, стаскивает свитер, шапки с перчатками я, конечно, лишилась в центрифуге, хорошо хоть телефон с ключами и банковская карта, были во внутреннем кармане, всё это добро по-деловому запихивает в рукав куртки и дойдя до расщелины в скале, затыкает туда.
— А, в чём я буду ходить? — видимо рассмешила, он заливается,
— В лёгком платье, воздушном и прекрасном, как и полагается богине! — потом поясняет, — я свою куртку туда же убрал. Не волнуйся, никто не заберёт, это мои владения, да и мода в Обероне другая! Летняя круглогодично! — возвращается, обнимает, — пойдём греться! — и мы отправляемся на свет…
Глава 3
Пройдя почти на ощупь по каменным развалинам грота и чудом не переломав ноги, мы выбираемся. Ясный день ударяет резко солнечными лучами, не замутнёнными ни одним облачком, никакой дымкой.
Я попала в лето! Да не просто в лето, а явно куда-то поюжнее Центрального региона России. Понемногу приучая глаза к яркому солнцу, осматриваюсь.
Ничего сказочного, листва на деревьях зелёная, травка тоже не серо-буро-малиновая, всё, как полагается. Разве что размеры! Листья с наши лопухи на заброшенных помойках, но кто сказал, что в Амазонской сельве меньше? Там же широколиственные леса, как я припоминаю из школьного курса географии.
Птички поют в лопухастых кронах, но не квакают и не орут дурниной, а издают вполне благозвучные трели, как им и полагается. Бабочки порхают такие же ошеломительно яркие и большие, как цветы, но в остальном не придерёшься, насекомые и насекомые, на птеродактилей не похожи.
Может, в зоне Чернобыльской аварии так же всё цветёт и колосится, не зря туда народ на экскурсии повадился.
— Ну, как, любимая? Узнаёшь природу Абекура? — Костик вклинился в мои размышления.
— А должна?
— Хотелось бы, — пожимает плечами, но не настаивает. Что взять со склерозной богини, которая и так ничего не помнила, а после болтанки в центрифуге, растеряла остатки памяти.
