Если он и знал, что я была Девой, его это не беспокоило. И это… что ж, мне бы это понравилось, если бы я не продолжала оглядываться – не появился ли Кастил, – и если бы моя голова не была так занята рассказами Киерана.
Я не могла сосредоточиться на том, что, возможно, Кастил ко мне неравнодушен. Не могла даже задуматься над открытием, что я стадию неравнодушия к нему уже давно прошла. Не было ни времени, ни места в голове, чтобы примириться со всем этим и тем, что это означает.
А вертелось в моем разуме только то, что Кастилу нужно питаться, и если сказанное Киераном правда, то мне нужно убедить его кормиться от кого-то другого или… кормить его самой.
На самом деле у нас нет выбора. Нейлл и Делано знают, что я наполовину атлантианка, и если тем, кто живет здесь, это еще не известно, они тоже скоро узнают. Если Кастил будет кормиться от кого-то другого, это точно никого не убедит в наших намерениях вступить в брак.
Значит, это должна быть я.
Желудок сжался, когда по горлу проскользнул кусочек бекона. Меня это устроит? Я вспомнила свои ощущения, когда он укусил меня в прошлый раз, и, взяв стакан воды, чуть не выпила его залпом. Это будет нетрудно. Это будет…
Боги, это будет потрясающе.
Ничего общего с укусом лорда Чейни. Ничего общего с укусом Жаждущего.
– Единственное, что мне не слишком по душе, – это обратное путешествие через горы, – сказал Квентин, отвлекая меня от размышлений.
Впервые увидев его при ярком свете ламп, я обнаружила, что у него светлые волосы. Не такие белые, как у Делано, а более… золотистые. Он юный, тонкий как тростинка и уже выше меня. Черты его лица отличались изяществом, привлекающим и удерживающим взор, и я решила, что его лицо по мере взросления будет становиться еще красивее. Глаза у него такого же яркого оттенка янтаря, как у Кастила, но их внешние уголки подняты вверх, отчего кажется, что он все время улыбается.
– Да, мне тоже не по душе эта часть путешествия, – согласился Киеран.
– Вы говорите о горах Скотос? – спросила я, бросив взгляд на дверь, наверное, в сотый раз с тех пор, как мы с Киераном сюда пришли.
Квентин кивнул, оглядывая меня. Сначала его взгляд упал на левую половину моего лица, но это и все. Он не стал пялиться, но и не отвел глаза в смущении. Он увидел шрамы и стал рассматривать дальше. Я это оценила.
– Проклятый туман. Туман. Днем он немного рассеивается, но по ночам? Ничего не видно и в паре шагов перед собой.
Я вспомнила, что рассказывал Киеран об этом протяженном горном хребте.
– Это… атлантианская магия?
– Да. Чтобы предостеречь путешественников, заставить их думать, будто в горах бродят Жаждущие, хотя их там нет, – ответил Киеран, глядя на мою тарелку. – Ты будешь доедать бекон?
– Нет. – Я подвинула к нему свою тарелку.