– Почему бы тебе не отпустить мою руку и не узнать самому?
– Это похоже на «да», если я хоть что-нибудь понимаю, – ответил он.
Мои глаза привыкли к темноте. Свет лампы за пологом оставлял Кастила в тени, но он находился достаточно близко, чтобы я видела выгнутую бровь и насмешливый изгиб губ.
Обручен с другой.
Горячая волна гнева смела всю оставшуюся сонливость.
– Отпусти.
– Не знаю, сто́ит ли. – Он лениво чертил большим пальцем круги на внутренней стороне моего запястья. – Кто-то очень рассердится, если ты ударишь меня и я залью кровью постель.
– Ты всегда можешь сам за собой прибрать.
– Получить удар кинжалом, а потом смывать собственную кровь? Есть в этой идее что-то в корне неправильное.
Я дернула руку, но она оставалась пришпиленной к кровати.
– Есть что-то в корне неправильное в том, что ты находишься здесь! Как ты вообще вошел? Я заперла дверь.
– Правда?
– Я… – Я вздохнула. – Ключ. У тебя есть ключ.
– Возможно. – Он наклонил голову. – Ты плакала?
– Что? Нет, – солгала я.
– А почему у тебя глаза опухшие?
– Наверное, потому что я устала. Я спала, а ты меня разбудил.
– Я хотел вернуться раньше… Похоже, я всегда хочу вернуться раньше. – Кажется, он принял мой ответ. – Особенно когда на тебе что-то такое интересное.
Во сне одеяло сползло до пояса, открыв низкий вырез ночной рубашки. По моей шее и груди растекся жар.
– Это была единственная вещь, которую можно было надеть, не считая халата.
– Мне нравится.
Он подвинулся, очевидно, усаживаясь поудобнее, и потрогал бретельку свободной рукой.
– Какие смешные тоненькие бретельки. Они мне нравятся.
Я оттолкнула его руку.
– Отпусти. Я не собираюсь бить тебя кинжалом.
– Как ни странно, я разочарован.
– И это кажется мне очень тревожным знаком.
Кастил заливисто рассмеялся и отпустил мою руку. Я начала двигаться, но он был гораздо быстрее и переместился так, что я оказалась под ним. Тепло его тела прижалось к моей груди, а одна из длинных ног очутилась между моими, всколыхнув все мои чувства. По мне прокатилась волна жара, и я каждым уголком тела ощутила, насколько он близко.
– Что ты делаешь? – возмутилась я.
– Пытаюсь удостовериться, что тебе удобно.
– Лежа на мне?
– Нет. – Я разглядела в темноте усмешку. – Мне просто нравится лежать на тебе.
– А мне нет, – заявила я.
Мое сердце колотилось.
Его грудь потерлась о мою, вызвав во мне бархатный трепет.
– Ложь.
– Нет. – Я поднесла кинжал к его шее. – Правда.
– Помнишь, что было в прошлый раз, когда ты держала кинжал у моего горла? – Кончики его пальцев коснулись моей щеки и опустились ниже, к челюсти. – Я помню.
За его пальцами тянулся след удовольствия.
– То была временная потеря рассудка.
– Мой любимый вид. – Кастил провел пальцами по моему горлу и по ключицам.