Ее колени едва не подгибались от желания, полыхавшего в них. От неукротимого желания, разлившегося по всему ее телу.
Несте было не вздохнуть. Она тонула во взгляде Кассиана. Внизу все напряглось и запульсировало. Ее груди вдруг отяжелели и налились болезненным томлением. Кассиан раздул ноздри, учуяв перемену в ее запахе.
Она не могла, не могла этого позволить ни себе, ни ему.
Не могла, не могла, не могла…"
"Она хотела убрать руку с его груди, но Кассиан положил поверх свою. Он водил большим пальцем по тыльной стороне ладони, и от прикосновения его мозолистых пальцев она стискивала зубы, не в силах дышать, не в силах думать.
– Знаешь, что у меня сегодня будет на уме? – прошептал ей на ухо Кассиан.
Наверное, с ее губ сорвался тихий стон. Кассиан улыбнулся и отошел, отпустив ее руку.
Его тепло, его запах разом исчезли. На нее как будто опрокинули ведро ледяной воды.
Он улыбнулся: дерзко, вызывающе.
– Я буду думать о том выражении на твоем лице. – Кассиан отошел на шаг и снова произнес: – Я всегда думаю о том выражении на твоем лице.
Ей не спалось. Простыни натирали кожу, давили на шею, изводили своим теплом, пока по телу не побежал пот.
«Я всегда думаю о том выражении на твоем лице».
Неста лежала в темноте. Ее дыхание было прерывистым. Тело пылало и болело.
Вернувшись к себе, она попробовала читать, но не смогла. Думая, что уснет, она легла и полночи проворочалась в постели.
«Я всегда думаю о том выражении на твоем лице».
Она отчетливо видела Кассиана, лежащего без сна, распластавшегося, как темный король. Рука между ног безостановочно движется, принося хоть такое облегчение разгоряченной плоти.
– Возвращайся на рассвете, – прошептала она Дому.
Неста не знала, подчинился ли Дом, и не стала выяснять, понял ли он, что ей нужно побыть наедине с собой. Ее рука скользнула под ночную сорочку. Прикосновение шелка к коже было почти невыносимым.
Подушка заглушила ее стон. Пальцы Несты скользнули вниз, мгновенно став липкими от обильной влаги, которая не высыхала с тех пор, как Кассиан ушел, оставив ее в коридоре. Ее бедра изогнулись. Зашипев, Неста сунула пальцы в свое саднящее, пульсирующее лоно.
«Я всегда думаю о том выражении на твоем лице»…
Она еще глубже засунула пальцы, изгибаясь всем телом. Перед глазами неотступно стояло лицо Кассиана, его полуулыбка, могучее тело и прекрасные крылья. Она почти целиком вытащила руку, а когда засунула снова, это была рука Кассиана, которую она ощущала внутри себя. Другая его рука поднялась и сжала ей левую грудь; крепко, как ей нравилось, добавив к наслаждению оттенок боли.
И сейчас не ее рука, а рука Кассиана двигалась по ее лону. Неста кусала губы, чтобы не застонать. Рука Кассиана довела ее до самого края и такого мощного оргазма, что она едва не закричала.