— А если я не выполню твоих заданий? — дерзко спросила я.
Дерзость была наигранной, в душе я тряслась от страха. Я внимательно вслушивалась в каждое слово Амаранты, ища скрытые ловушки. Вроде бы пока подвохов с ее стороны не было.
После моего вопроса ее улыбка превратилась в гримасу. Большой палец застыл на верхней кромке перстня.
— Если ты не выполнишь задания, мне уже будет нечем играть. От тебя ничего не останется.
У меня похолодела спина. Асилла предостерегала меня против заключения уговоров. Но стоит мне струсить и отказаться — Амаранта не позволит мне уйти. Она тут же меня убьет и… продолжит скучать.
— И какие это задания?
— Не скажу, иначе никакого развлечения не получится. Могу лишь сообщить, что ты будешь получать по одному заданию в месяц, на полной луне.
— А в промежутке? — спросила я и отважилась взглянуть на Тамлина.
Золотые крапинки в его глазах были ярче, чем я помнила.
— А в промежутке, — уже резче проговорила Амаранта, — ты либо будешь сидеть в своей камере, либо займешься работой, которую я тебе дам.
— Но если твоя работа окажется утомительной, не поставит ли это меня в невыгодные условия?
Я чувствовала: Амаранта теряет интерес. Она не ожидала такого обилия вопросов. Но я должна была выжать из нашего разговора как можно больше сведений.
— Обычная работа по дому. Должна же ты как-то оплачивать еду и крышу над головой.
За одни эти слова мне хотелось ее задушить, однако я кивнула, возможно совершая непростительную ошибку.
— Стало быть, мы договорились, — сказала Амаранта.
Она ждала одного моего «договорились», но я решила еще раз убедиться, правильно ли поняла ее условия.
— Если я выполню три твоих задания или разгадаю загадку, ты сделаешь все, о чем мы говорили?
— Разумеется, — торопливо бросила мне Амаранта. — Так мы договорились?
Открытые части лица Тамлина побледнели, наши глаза встретились, и в его глазах я прочла едва уловимое «нет».
Однако выбор у меня был невелик: или пойти на уговор с Амарантой, или повторить судьбу Клеры и умирать долгой, мучительной смертью. Аттор шипел у меня за спиной, требуя не злить его госпожу. Я не верила ни в судьбу, ни в Котел. Надо решаться.
Даже сейчас, когда Тамлин был вынужден сидеть рядом с Амарантой, став ее рабом, если не хуже, я продолжала его любить. Сила любви к нему разрывала мне сердце, и его мимолетное движение глаз подсказало: он по-прежнему меня любит.
У меня не осталось ничего, кроме нелепой, дурацкой надежды перехитрить и сокрушить самозваную королеву Амаранту. Коварную, древнюю Амаранту, которой было столько же лет, сколько камням за моей спиной.
— Ну? — уже совсем резко спросила Амаранта.
Я чувствовала готовность Аттора вцепиться в меня и выбить ответ.