Автор
Лес вокруг превратился в лабиринт из снега и льда, где каждая шагу было трудно предсказать. Ветер окунал меня в холодные, кружествующие снежные туманы, искажая видимость. Голод добавил смелости, но зима — это время опасностей, и каждый след, сделанный мной, теперь мог оказаться последним....
Нужно каким-то образом обогнуть его и дотянуться до рябиновой стрелы. Мне еще должно хватить времени на выстрел.
— Убийцы! — повторил зверь.
Шерсть стояла у него дыбом.
— П-простите, — мямлил отец у меня из-за спины. Ему не хватило смелости доковылять до меня. — Если мы что-то сделали, то по незнанию и…
— М-м-мы никого не убивали, — вторила ему Неста, подавляя слезы.
Одну руку она держала над головой. Можно подумать, что ее железный браслетик способен защитить от такой зверюги."
"Понимая, что могу не добраться до колчана, я схватила в руки ножи.
— Убирайся! — крикнула я непонятному созданию, размахивая ножами.
Вокруг не было ни кусочка железа, которым я бы смогла воспользоваться как оружием. Если только сорвать у сестер с рук браслеты и швырнуть ему в морду.
— Убирайся и забудь сюда дорогу!
Невзирая на резкие слова, у меня дрожали колени. Пальцы с трудом удерживали рукоятки ножей. Сейчас сгодился бы и железный гвоздь, водись таковые в нашем доме.
В ответ фэйри громко и злобно зарычал.
Фэйри молниеносно — я едва успела заметить — лапой загородил ножу путь, и тот отскочил в сторону. Оскалив пасть, зверь устремился ко мне.
Я отскочила назад, едва не споткнувшись о струсившего отца. Фэйри вполне мог меня убить, однако его выпад был предостережением.
— Кто его убил?! — спросило существо, подбираясь к нам.
Его лапа уперлась в стол, ответивший жалобным скрипом. Когти вонзились в древесину.
Я снова шагнула вперед. Зверюга вытянул морду и принюхался. Глаза у него были зелеными, с янтарными крапинками. Отнюдь не глаза зверя, если судить по цвету и форме.
— Убил… кого? — спросила я, удивляясь спокойствию собственного голоса.
Фэйри зарычал. По сравнению с ним убитый мною волк скулил, как щенок.
— Волка, — ответил мне фэйри.
У меня зашлось сердце. Рычание исчезло, но оставался неукротимый гнев со следами печали.
Вопль Элайны превратился в пронзительный крик.
— Какого волка? — спросила я, высоко подняв голову.
— Громадного волка с серой шкурой, — огрызнулся фэйри.
Интересно, распознает ли он мое вранье? Фэйри не способны врать. Все смертные знали об этом.
