– Ее право, – ответила я, хотя слова Элайны легли камнем на душе.
– Она говорила, что вообще не хочет приходить сюда. Ни на праздник, ни в другие дни.
Я остановилась. Глаза Элайны были полны страха и душевной боли.
– А она назвала причину?
– Нет. – Я увидела, что Элайна разгневана. Такое случалось с ней крайне редко. – Неста сказала: «У вас своя жизнь, у меня – своя».
Я бы не удивилась, скажи это Неста мне. Но Элайне?
На блюде, которое я несла, лежали куски соблазнительно пахнущей жареной курятины, приправленной шалфеем и лимоном.
– Я поговорю с Нестой.
– Не надо, – резко ответила Элайна и пошла дальше.
На ее блюде высилась горка жареных картофелин, пересыпанных веточками розмарина. Поднимающийся пар напоминал тени Азриеля, которые словно гладили плечи и руки Элайны.
– Она не станет тебя слушать.
Еще как станет!
– А ты? – вдруг спросила я Элайну. – У тебя все хорошо?
Элайна обернулась. Мы дошли до передней и свернули налево, к столовой. Едва до гостиной донеслись ароматы еды, все разговоры стихли.
– А с чего бы было плохо? – вопросом ответила она и улыбнулась.
Видела я эти улыбки, в том числе и у себя на лице.
Все спешили из гостиной в столовую. Кассиан поцеловал Элайну в щеку, после чего приподнял ее вместе с блюдом, освобождая себе проход к столу. Амрена, шедшая следом, ограничилась приветственным кивком. Рубиновое ожерелье Амрены вспыхивало, ловя лучи крошечных шариков фэйского света, притаившихся в гирляндах передней. Мор шумно расцеловала Элайну в обе щеки. Пока мы несли еду, Нуала и Серридвена перебросили все остальное на стол. Кассиан тут же потянулся к тарелкам. Риз покачал головой, затем улыбнулся Элайне. Поскольку она жила с нами, он посчитал это достаточным приветствием. Риз уселся справа от Кассиана.
Последним из гостиной вышел Азриель с бокалом вина в руке. Его крылья были плотно сложены, позволяя лицезреть простой, но изящный черный камзол и такие же штаны."
"Я не столько увидела, сколько почувствовала напряжение сестры. У Элайны дрогнуло горло.
– Ты ждешь, когда курятина остынет? – спросил меня из-за стола Кассиан.
Я хмуро подошла к столу, поставив блюдо перед самым его носом.
– Нет, Кассиан. Я предварительно плюнула туда и ждала, пока слюна впитается, – сказала я, учтиво улыбнувшись.
– Это только добавит вкуса, – подхватил Кассиан, улыбаясь в ответ.
Риз хмыкнул, приложившись к бокалу.
Я уселась между Амреной и Мор. А Элайна наконец поздоровалась с Азриелем.
Аз молча шагнул к ней. Мор насторожилась. Но Азриель лишь взял из рук Элайны тяжелое блюдо и мягким, как ночь, голосом произнес:
– Садись. Я сам поставлю.
Руки Элайны застыли в воздухе, будто все еще удерживали призрак блюда. Наконец Элайна опустила их и вдруг вспомнила, что не сняла фартук.