Автор
В королевстве гнева, где каждый день начинается с жертвоприношений и заканчивается злодейскими шалостями, главный герой отражает непредсказуемость в каждом движении. Акт роковой смелости и невероятной хитрости неизменно приводят к новым приключениям, когда каждый шаг способен изменить судьбу всех....
Я рассказала ему правду – о том, каким на самом деле он представлялся мне животным всего лишь несколько месяцев назад. Клянусь, после этого его эго раздулось настолько, что оно почти достало до потолка.
Я предусмотрительно поднимала эту тему всегда, когда он расстраивался из-за чего-либо. Например, когда «Холчестер Юнайтед», его любимая футбольная команда, проиграла «Челси», потому что Ашер Донован выбыл из строя.
— Да, да, — проворчал Данте, но его лицо смягчилось. — Не думай, что я не понимаю, что ты делаешь, поднимая тему «дракона».
— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — хитрая улыбка появилась на моем лице. — Это нормально — признать, что приготовление еды не входит в число твоих совершенств. Не все могут быть такими талантливыми на кухне, как мы с Гретой.
Он с вызовом изогнул темную бровь.
— Ты? Та, из-за которой сработала пожарная сигнализация на прошлой неделе, когда она пыталась пожарить бекон?
Моя улыбка сменилась румянцем.
— Это была не моя вина, — сказала я, защищаясь. В моем сознании вспыхнул образ заспанного Данте, входящего в комнату, одетого только в спортивные штаны и лениво улыбающегося, и румянец усилился.
— Его дьявольской красоты и невероятного обаяния? — остатки его раздражения растаяли в дразнящей ухмылке.
В моём животе запорхали бабочки. На его щеке все еще оставалось немного муки, и в сочетании с его улыбкой это прогнало все мысли о пельменях и сгоревшем беконе.
Было что-то особенное в том, чтобы видеть неукротимого Данте Руссо таким человечным – я таяла от этого.
Тем не менее, я сохранила нейтральное выражение лица. Как бы сильно я его ни любила, мне не нужно было, чтобы его самооценка становилась ещё выше.
— Нет, — сказала я. — Я думаю, скорее благодаря невероятной скромности и остроумности… – Завизжала я, когда он с игривым рычанием подхватил и развернул меня к себе.
— Стой! — я рассмеялась, переводя дыхание от резкого разворота, и от факта совместного с Данте вечера. Работа и социальные обязательства означали, что мы как минимум несколько вечеров еженедельно проводили в городе, и остаться на пару часов наедине, чтобы заняться обычными семейными делами, было всегда приятно.
"Его руки все еще были в муке. На самом деле мне было все равно на это, но мы должны были готовить. Ну, или что-то в этом роде.
Было трудно мыслить здраво, когда Данте осматривал меня снизу вверх с той самой улыбкой и тем самым взглядом.
