В Москве в июне 2023 года, Валерий Невзоров, опытный адвокат, привычно стучит по столу старого черепахового письменника. Казалось бы обычное помещение, но каждый предмет здесь напоминает о том времени. Этот стол насквозь пропитан атмосферой последних лет — сводит зубы и заставляет сердце биться чаще. Невзоров ждет визита, который он знает, что будет непростым....
Заставил ее сцепить руки за спиной, надел наручники и потащил к выходу.
— Спокойно, девушка, — приговаривал полицейский — на попытки Полины вырваться и броситься догонять Софью он будто вовсе не обращал внимания. Бросил Тимофею: — Вероника очнулась. Час назад из больницы позвонили.
Эпилог
Тимофей просидел в палате дольше часа, когда Вероника, наконец, открыла глаза и уставилась на него.
— Здравствуй, — сказал он.
Вероника попыталась хмыкнуть. Получилось не очень. Тогда она разлепила губы и пробормотала:
— Здоровее бывало.
— Я принес тебе кефир.
— Романтично…
— В фильмах всегда приносят фрукты. Апельсины. Никогда не понимал. Даже если человек приходит в себя после отравления — ему приносят апельсины. Зачем? Чтобы добить? А еще — постоянно цветы. Мне кажется, посторонние запахи только раздражают, когда тебе плохо.
— И не говори. — Голос Вероники немного окреп. — Что за психи вообще дарят девушкам цветы?
Тимофей помолчал, глядя на нее. Потом нерешительным тоном добавил:
— Наверное, они просто не пользуются в этот момент разумом.
Вероника уставилась на него испытующим взглядом:
— Тиш, ты перегрелся?
Он потер лоб рукой.
В последнее время многое изменилось, это точно. И — да, можно сказать, что в какой-то момент он перегрелся, пытаясь обработать задачи, для которых его разум попросту не годился.
— Что я проспала? — сменила тему Вероника. — Ты… — Тут у нее сверкнули глаза. — Господи! Да меня же отравили?! Тиш, я ее видела, я знаю, кто…
— Ее арестовали, успокойся, — перебил Тимофей и, секунду подумав, добавил: — Я… я разобрался с этим.
Бледное лицо Вероники выглядело странно. По нему невозможно было прочитать, рада она или нет, что он намекнул, будто совершил месть за нее. После короткой паузы Тимофей попробовал изменить стратегию:
— Ты очень помогла, правда.
Теперь в глазах Вероники был настоящий ужас.
— Тиш, — прошептала она. — Ты… что сейчас делаешь?
— Пытаюсь облечь информацию в такие формы, которые вызовут у тебя позитивные эмоции, — покаялся Тимофей.
— О… Ты это в каком-то учебнике прочитал?
— Вроде того. Насколько плохо у меня получается, по шкале от одного до десяти, где ноль — вообще не получается?
— Ну… На пятерочку. Впрочем, забей. Большинство бы и на тройку не вытянули. Просто бэкграунд, знаешь ли, меня не подготовил. Ощущение такое, будто тостер решил зачитать прогноз погоды… А с чего вдруг такие героические самоистязания?
Тимофей встал со стула и подошел к окну.
