– Или мне померещилось?
Перри усмехнулся чуть шире.
– Тебя подводит зрение, Рауль.
– Ну вот, мало того, что тело подводит, так еще и зрение, – отозвался тот.
– Кстати, насчет подводящих тел, – встрял Киеран, соскакивая с лошади. – Я удивлен, что ты еще жив.
Я заморгала, а Кастил фыркнул.
– О чем ты? Рауль всех нас переживет."
"– Надеюсь, мать вашу, что нет… Дерьмо! – Рауль остановился рядом с Перри и прищурил ореховые глаза. – Ну вот, ругаюсь как последний матерщинник, а с тобой леди.
– Леди, которой он нас еще не представил, – сообщил Перри слегка застенчиво. Я потянулась к нему чутьем и ощутила лишь веселье и любопытство. – С очень тихой леди, которую я никогда раньше не видел, но, полагаю, много о ней слышал.
– Это потому что ты знаешь мало леди, – возразил Рауль и потянулся к поводьям Бури, почесывая шею лошади.
Перри со смехом кивнул.
– А я и не спорю. Но об этой леди я слышал. Если слухи правдивы. – Он помолчал, оглянувшись на вольвена, который наблюдал за ним. – А я думаю, что они очень правдивы.
– Это принцесса Пенеллаф. Моя жена, – объявил Кастил, и мое сердце отозвалось на эти слова радостным трепетом. – Если твои слухи говорили об этом, то они правдивы.
– Часть слухов, – заметил Перри.
– Вот херня, – пробормотал Рауль.
Понятия не имела, была ли это их нормальная реакция или настораживающий знак, но когда Перри шагнул вперед, перед Бурей возник палевый вольвен и прижал уши. Перри поднял брови.
– Это ты, Вонетта?
Это была она.
Вольвенка не ответила, только продолжала пристально смотреть на атлантианца. Ее тело напряженно замерло. Если Вонетта и Перри были раньше в хороших отношениях, сейчас это, похоже, не имело значения. Но если Перри позволено называть принца Касом, я полагала, что ему можно доверять.
Я проследовала по ванильно-дубовому отпечатку Вонетты. «Все в порядке. Он ведь друг Кастила?»
Спустя мгновение тишины в мои мысли вкрался шепот Вонетты: «Каса уже предавали друзья».
Что ж, она была права. «Все равно, дай ему шанс».
Вонетта бросила на меня лукавый для вольвенки взгляд, но отошла на несколько шагов.
– Херня, – повторил Рауль.
– Что ж, если это не подтверждение других слухов, то не знаю, что это. – На красивое лицо Перри вернулась улыбка, и он посмотрел на меня. У меня во рту возник свежий, шипучий вкус. Любопытство… и веселье. – Мне следует называть вас принцессой или королевой?
Никто не стал за меня отвечать.
– Можно называть меня Пенеллаф, – решила я.
Улыбка Перри стала шире, появились кончики клыков.
– Хорошо, Пенеллаф, я могу помочь вам спуститься?
Я кивнула. Рауль придержал Бурю, а Перри помог мне сойти на землю.
– Спасибо, – сказала я.
– Не за что. – Держа мои руки, он перевел взгляд на Кастила.