Не только для нее. Для них обоих…
— Я должна кое-что тебе рассказать, — тихо проговорила Селена.
Кровь звенела у нее в ушах. Шаол, улыбаясь, повернулся к ней, рассчитывая услышать если не шутку, то что-нибудь забавное.
— Только обещай, что не придешь в ярость.
— А почему я должен приходить в ярость? — удивился Шаол, перестав улыбаться.
— Сначала пообещай, — потребовала Селена, схватившись за обжигающе-холодные перила балкона.
— Я постараюсь.
Хотя бы это. Как жалкая трусиха, она не рискнула смотреть ему в глаза и отвернулась, уставившись в темноту:
— Я не убила ни одного из тех, с кем король приказывал мне расправиться.
Шаол молчал. Селена не отваживалась взглянуть на него."
"— Я имитировала их гибель, а им велела бежать подальше и никогда не называться своими настоящими именами. Я забирала их одежду и вещи, которые мне потребуются в качестве доказательств. Головы и руки я добывала в больницах, где мертвецов всегда хватает. Единственным, кого я убила, был Давис, но он даже не значился в королевском списке. Когда Аркер управится со своими делами, я разыграю и его гибель, а он сядет на ближайший корабль и навсегда уплывет из Рафтхола.
Сказав это, Селена медленно повернулась к Шаолу. Лицо капитана было мертвенно-бледным. Он даже отпрянул и замотал головой:
— Ты совсем спятила.
Глава 23
Должно быть, он чего-то не понял. Или она решила изощренно над ним подшутить. Иначе… иначе получалась какая-то чудовищная смесь глупости, наглости, безумия, идеализма и храбрости, которая звалась Селеной.
— Ты что, совсем спятила?
Шаол напрочь забыл о своем обещании не впадать в ярость. Он был взбешен, и бешенство перекликалось в нем с неподдельным страхом. Все это мешало капитану думать.
— Он убьет тебя! Слышишь? Убьет на месте, если только узнает.
Селена подошла к нему. Ее платье переливалось тысячами крохотных звездочек.
— Он не узнает.
— Это лишь вопрос времени, — процедил сквозь зубы Шаол. — У него повсюду шпионы.
— А ты бы предпочел, чтобы я убивала невинных людей?
— Эти люди — предатели короны!
— Предатели? — переспросила Селена и хрипло рассмеялась. — В чем их предательство? В том, что они не захотели склонить голову перед завоевателем? В том, что давали пристанище беглым рабам? Или в том, что позволили себе мечтать о лучшем мире, чем этот? — Селена тряхнула головой. — Я не буду палачом, бездумно убивающим по его приказу.
Шаол тоже не хотел ее превращения в королевского палача. С той самой минуты, как Селену провозгласили королевской защитницей, ему было невыносимо думать о приказах, отдаваемых ей королем. Но такого поворота Шаол никак не ожидал:
— Ты же принесла ему клятву верности.