Хорошо еще, что четверо его телохранителей не торчали у него в покоях. Башня, в которой он жил, была довольно высокой. К балкону по отвесной стеклянной стене не доберешься. В башню вела только одна лестница, которую легко охранять. Впрочем, при иных обстоятельствах все это делало жилище принца идеальной клеткой.
Дорин вертел в руках стеклянное перо. Тогда, в спальне убитой принцессы, он вовсе не собирался перехватывать руку Селены. Он просто сознавал, что дорогая ему женщина может вот-вот убить друга его детства. Беспричинно, из-за недопонимания. Он находился достаточно далеко и не дотянулся бы до Селены. И вдруг из него вылезло нечто похожее на призрачную руку, которая и сомкнулась вокруг ее запястья. Но Дорин чувствовал кожу Селены, покрытую запекшейся кровавой коркой.
Все его действия происходили на каком-то инстинктивном уровне, порожденные отчаянием и желанием помочь.
Какой бы ни была эта сила, он должен научиться ею управлять. Если научится — сможет держать ее в узде и не давать ей заявлять о себе в неподходящее время. Сколько раз во время дурацких собраний принц чувствовал бурление этой силы, готовой вот-вот прорваться наружу."
"Дорин набрал в грудь побольше воздуха, сосредоточился на стеклянном пере, желая, чтобы оно передвинулось. Если он сумел остановить руку Селены, если в библиотеке вызвал настоящий «книгопад», ему ничего не стоит заставить легкое перо передвинуться.
Перо не шелохнулось.
Дорин смотрел на перо, пока у него не зарябило в глазах. Застонав, принц откинулся на спинку кресло и прикрыл глаза руками.
Может, он просто сошел с ума и напридумал себе невесть что?
Нехемия однажды пообещала ему помочь. «Когда настанет время». Время настало… вот только Нехемии больше нет.
Неужели убийца принцессы убил и его надежду найти ответы?
Селена согласилась встать с кровати только из-за сетований Фалипы. Служанка жаловалась, что давно пора сменить постельное белье. Конечно, можно было бы прогнать Фалипу. Потом Селена вспомнила, кто делил с нею постель, и даже обрадовалась замене простыней и наволочек. Пусть не останется никаких следов его присутствия.
Солнце село. По мере того как за окнами темнело, угли, мерцающие в камине, становились все ярче.
Как странно текло время. Иные дни мелькали, словно час, а то вдруг час тянулся, будто целая жизнь. Вчера ей захотелось вымыться самой и вымыть голову. Фалипа стояла в купальной, следя, как бы Селена не утопилась.
Она водила пальцем по подлокотнику кресла. У нее не было намерений сводить счеты с жизнью. Она еще не сделала всего, что надо.
За все дни, проведенные в молчании и во сне, она подспудно продолжала думать об убийстве Нехемии и поняла: убийца принцессы явился извне.
Возможно, его нанял тот, кто угрожал Нехемии. Возможно, и нет.