— Петюшка! Где та игрушка, которую я тебе давеча подарил?
— Не отдам! — насупился белобрысый Петюшка.
— Давай! Я те после пряник медовый куплю.
Мнимый купец Лошакрев вырвал у Петюшки бронзового оленя, подал
— Нате! И проваливайте!
Петюшка ревел, как пароходный гудок. Горохов обратился к мнимому купцу:
— Ты еще деньги верни, что украл у господина шведа. Мазурик вскочил на крыльцо и закричал:
Из избы выскочила баба больше двух метров роста, с ужасающими ручищами. Она подхватила Горохова одной рукой, а Улафа другой и перекинула через забор, они покатились по косогору к реке, Улаф при этом изо всех сил сжимал в кулаке свой амулет.
Сидя на прибрежном песке, он спросил Горохова:
Горохов поднялся с песка, потирая ушибленное бедро, охая и стеная. Наконец он ответил:
— Это Береговая Алена. Я слышал про неё не раз, да думал — привирают, а оказывается, всё истинная правда! Она, говорят, бревна-топляки из Томи таскает, дрова колет да продает. Тем живет. Ну и зазнобу нашел этот ухарь! Обнимет, так все кости переломает!
— Однако же, он жив-здоров! — возразил Улаф.
— Пистоль-то у меня где? — встревожился Горохов, — выронил, видать.
Они долго ползали по косогору, нашли пистоль.
— Пойдем опять? — спросил Горохов, — небось, выстрелю, так и Алена испугается! Надо ж твое добро выручать?
— Не надо! — сказал Улаф, — стрелять при женщине — нехорошо, и я боюсь великанов. А этот мошенник деньги, конечно, давно пропил. Слава богу, я вернул свой талисман. Сокровище каролуса скифов будет наше…
За деревянным мостом в устье реки Ушайки до самого ледостава у берега толпятся баржи и паузки. По всему берегу рядами расставлены "бочаны" — гигантские ушаты, заполненные рыбой, орехом, зерном, маслом, салом. Возле самой воды, стоят возы с сеном. Тоже — торговля. Возле воды безопасней от пожара.
На широкой прибрежной площади в беспорядке разместились лавки, лавчонки, торгующие мылом, топорами, серпами, ситцем и бархатом, всем, чего душа пожелает. Тут же харчевни: жарится на вертелах только что пойманная рыба, варятся в котлах пельмени.
Из дальней Енисейской и Ближней Мариинской тайги прибыли старатели, они при золоте, так зачем им скучать? И здесь не заскучают.
Старичок с картинами сидит в гостином ряду. В картине так много красок, что глаза разбегаются. Монах в коричневой рясе молится в задумчивости, над ним светлые ангелы развернули ленты с надписями: "пост", "молитва", " смирение".
