Молодой князь Улаф Страленберг получает загадочную фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя и записки предка из сибирской ссылки. Артефакт становится ключом к разгадке древних тайн скифской цивилизации и толчком для приключений, переплетающих прошлое и настоящее в...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Корона скифа (сборник)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Молодой князь Улаф Страленберг получает загадочную фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя и записки предка из сибирской ссылки. Артефакт становится ключом к разгадке древних тайн скифской цивилизации и толчком для приключений, переплетающих прошлое и настоящее в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодой князь Улаф Страленберг получает загадочную фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя и записки предка из сибирской ссылки. Артефакт становится ключом к разгадке древних тайн скифской цивилизации и толчком для приключений, переплетающих прошлое и настоящее в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Корона скифа (сборник)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Буланому остригли хвост и в зад наглым образом воткнули пышный букет живых цветов.
Дмитрий Иванович Тецков и вовсе не мог найти своей каурой пары. Карета стояла там, где он ее и оставил, возле подъезда, внутри была огромная куча еще дымившегося дерьма, видно, не менее пяти человек постарались. Возница сидел не на облучке, где ему полагалось, а внутри кареты и лыка вязать не мог.
— Полиция! — вскричал Дмитрий Иванович. — Есть тут трезвый полицейский, или же все перепились?
Тотчас же подбежал к нему молоденький полицейский.
— Где мои лошади? — грозно спросил Тецков.
— Так что, ваше степенство, их коркодил загрыз!
— Опять крокодил! Весь город болтает! С ума все посходили? А ну дыхни!
Полицейский дыхнул, он был трезвым.
— Ты мне чепуху не пори, ты скажи, если что видел.
— Видел, коркодил на них бросился, они побежали, он за ними, а я за ним. Возле развалин он их догнал, разорвал в клочки!
— Ну, брат, кто только тебя в полицию принял? Веди, показывай. — Дмитрий Иванович взял у лакея ручной керосиновый фонарь. Шел светил, а что фонарь, если в двух шагах ничего не видно?
Но, действительно, неподалеку от собора была лужа крови на первом снегу, и валялась лошадиная голова, глаз ее с ужасом глядел на Тецкова. От второй лошади ничего не осталось. Волосы у Дмитрия Ивановича встали дыбом. Он повернул обратно, бормоча на ходу:
— Да какой же крокодил, твою бабушку в ребро! Откуда? Да ведь он замерз бы, африканская все же скотина! И вообще…"
"В это время раздался позади страшный рык, Дмитрий Иванович забыл, что он потомок Ермака, и припустился бежать, а за ним скачками несся молоденький полицейский, покрикивая:
— Ой! Ой! Ой!
А Миша Зацкой именно в эту минуту приблизился к Вознесенскому кладбищу, различил в полутьме фаэтон в переулке, подошел. Из фаэтона вышли Терской-Мончегорский и Алена. Андрей Измайлович сказал:
— Что-то вы, мой друг, пить много стали. Разве это хорошо для молодого человека? Я более чем вдвое вас старше, а ведь не пью. Выпивка — баловство слабых. Вы что, для храбрости хлещете, что ли? Или муки совести заглушаете? Не советую, пьянство — еще более отвратительный порок, чем воровство. Да мы ведь и не воруем, мертвым не нужно то, что мы у них берем. Это благородно: вернуть жизни изъятую у нее вещь!
Андрей Измайлович похлопал Мишу по плечу:
— Ну, не хмурьтесь, вы уже почти выплатили свой долг. Сегодня идем в последний раз. Посмотрим три склепа, и все! Да скоро и холода грянут. Ладно! Идем!
— Последний раз! Слава богу! — Миша вздохнул. Да, видно, так и будет, потому что сегодня сам Андрей Измайлович приехал, до этого много раз приезжал его помощник, грубый, злой человек.
Они подошли к знакомой стене, постояли, прислушались, перелезли.
В двух склепах оказалось на удивление много драгоценных вещей.
