В 1896 году, накануне коронации Николая II, похищен Михаил, сын великого князя Георгия Александровича, становится объектом интриг. Эраст Фандорин пытается спасти честь монархии, когда на кону стоит бриллиант и судьба наследника. Завязка событий несет трагическую атмосферу России конца XIX века.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Коронация, или Последний из романов» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В 1896 году, накануне коронации Николая II, похищен Михаил, сын великого князя Георгия Александровича, становится объектом интриг. Эраст Фандорин пытается спасти честь монархии, когда на кону стоит бриллиант и судьба наследника. Завязка событий несет трагическую атмосферу России конца XIX века.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Борис Акунин Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
В 1896 году, накануне коронации Николая II, похищен Михаил, сын великого князя Георгия Александровича, становится объектом интриг. Эраст Фандорин пытается спасти честь монархии, когда на кону стоит бриллиант и судьба наследника. Завязка событий несет трагическую атмосферу России конца XIX века.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Однако для моих целей убожество этого казённого заведения оказалось очень даже кстати. Из-за скученности и неважного Освещения моё бесцельное блуждание по залу меньше бросалось в глаза. Фандорин вырядил меня коллежским советником Министерства земледелия и государственных имуществ, так что смотрелся я важно. К чему бы такому солидному человеку, с чисто выбритыми брылями, подпёртыми крахмальным воротничком, столько часов кряду фланировать меж обшарпанных стоек? Несколько раз я как бы ненароком вставал у щербатого зеркала, чтобы незаметнее наблюдать за приходящими. Чего греха таить – хотелось и себя получше разглядеть.
По-моему, обличье особы шестого класса было мне очень даже к лицу. Я словно родился при бархатных, украшенных золотым позументом петлицах и Владимире на шее (орден был всё оттуда же, из саквояжа). Никто из посетителей не пялился на меня с удивлением или недоверием – чиновник как чиновник. Разве что служитель, сидевший в окошке корреспонденции до востребования, со временем стал бросать в мою сторону внимательные взгляды. И то – ведь я маршировал мимо него с трех часов пополудни. А присутственные часы на почтамте в коронационные дни по случаю обилия почтовых отправлений были продлены аж до девяти, так что вышагивать мне пришлось долгонько.
Но служащий-то ладно, оно и Бог бы с ним. Хуже было то, что время шло впустую. Никто из подходивших к окошку не предъявлял казначейских билетов. Никто не вертелся поблизости подозрительно долго. Не заметил я и того, о чем предупреждал Фандорин: чтобы кто-то выходил из зала, а затем появлялся в нем вторично.
К исходу дня мною понемногу стало овладевать отчаяние. Неужто Линд раскусил наш замысел и всё сорвалось?
А без пяти минут девять, когда на почтамте уже готовились к закрытию, в двери быстрой, деловитой походкой вошёл седоусый, осанистый моряк в темно-синей тужурке и фуражке без кокарды – по виду, отставной боцман или кондуктор. Не глядя по сторонам, сразу направился к окну с надписью Poste restante и пророкотал сиплым, пропитым голосом:
– Мне тут письмецо полагается. На предъявителя купюры за нумером… – Он, порывшись, достал из кармана бумажку, дальнозорко отодвинул её подальше и прочёл. – Один три семь нуль семь восемь восемь пять девять. Есть чего?
Я бесшумно приблизился, тщетно пытаясь унять дрожь в коленях.
Почтовый пялился на моряка во все глаза.
– Не было таких писем, – произнёс он наконец после изрядной паузы. – Ничего такого нынче не поступало.
Как не поступало? – мысленно ахнул я.
