После того, как за великим князем хлопнула дверь, воцарилось долгое, мрачное молчание. Все вздрогнули, когда часы пробили одиннадцать без четверти.
– Однако если «Орлова» не отдать, – встрепенулся его величество, – этот Линд убьёт Мику, и завтра подкинет тело на Красную площадь или к Храму Христа Спасителя. Это выставит меня, русского царя, на позор перед всем цивилизованным миром!
– А с тобой и весь дом Романовых, – заметил Симеон Александрович.
Кирилл Александрович хмуро прибавил:
– Бог свидетель, – горестно вздохнул государь, – я никогда не желал короны, но таков уж, видно, мой крест. Недаром я появился на свет в день Иова Многострадального. Господи, научи, вразуми, что делать?
За Господа ответил Фандорин, отчётливо произнёсший одно-единственное слово:
– Что? – удивлённо приподнял брови его величество. Мне тоже показалось, что я недослышал.
– Нужно взять «Орлова» у Линда напрокат до окончания к-коронации.
Симеон Александрович покачал головой:
Старший же из великих князей сосредоточенно прищурился, силясь вникнуть в смысл дикого предложения. Не вник и спросил:
– Как так «напрокат»? Фандорин хладнокровно пояснил:
– Нужно сообщить Линду, что его условие принято, однако до коронации по понятным причинам исполнено быть не может. Посему за каждый день задержки доктор будет получать некую сумму, весьма значительную – мы как бы возьмём у него «Орлова» напрокат. До коронации ведь ещё неделя?
– Но что нам это даст? – схватился за пышный ус Георгий Александрович.
– Как что, Джорджи, – время! – воскликнул Кирилл Александрович. – Целую неделю времени!
– И вероятность спасения ребёнка, – добавил Фандорин. – Наше условие будет т-такое: взносы передаются ежедневно, и при каждой передаче мы должны иметь несомненное доказательство того, что мальчик жив. Это семь лишних д-дней жизни для его высочества. И семь шансов зацепить ниточку, которая выведет нас к доктору. Как бы ни был хитёр Линд, он может допустить ошибку. Я буду начеку.
Георгий Александрович вскочил, выпрямившись во весь свой немалый рост.
– Да, теперь я вижу, что это отличная мысль!
Идея и в самом деле выглядела весьма удачной – даже Симеон Александрович не нашёлся, что против неё возразить.
– А в посредники я определю самого толкового из своих агентов, – предложил Карнович.
– У меня в Охранном есть настоящие львы, – немедленно вскинулся московский генерал-губернатор. – И отлично знают город, не то что ваши царскосельские шаркуны.
