Коронация, или Последний из романов — читать онлайн бесплатно полностью

Когда же я пришёл в себя, было уже поздно подавать голос – дело меж её высочеством и Фандориным зашло слишком далеко.

– Что вы хотите мне сообщить? – негромко и, как показалось, насторожённо спросил он.

– Только одно… – прошептала в ответ Ксения Георгиевна, но так ничего и не прибавила – лишь раздался шорох ткани и легчайший скрип.

Обеспокоенный, я раздвинул пышные листья и обмер: её высочество, привстав на цыпочки (это скрипели её башмачки – вот что), обнимала Фандорина обеими руками за шею и прижималась губами к его губам. Рука сыскного советника была беспомощно отставлена в сторону; пальцы сжались, потом разжались, и вдруг, словно решившись, взметнулись вверх и принялись гладить Ксении Георгиевне нежный затылок с распушившимися прядками светлых волос.

У самого моего уха раздалось учащённое дыхание – это мадемуазель, тоже раздвинув ветки, смотрела на целующуюся пару. Меня поразило странное выражение её лица: брови, как бы приподнятые в весёлом удивлении, подрагивающая полуулыбка на устах. От двойной скандальности ситуации – самого факта поцелуя и моего невольного подглядывания – меня бросило в холодный пот. А моя сообщница, похоже, никакой неловкости не чувствовала.

Лобзание длилось долго, очень долго. Я и не предполагал, что возможно целоваться безо всякой передышки в течение столь продолжительного времени. Впрочем, на часы я не смотрел, и, возможно, ожидание показалось мне таким нескончаемым из-за кошмарности происходящего.

Но вот объятия разжались, и я успел увидеть сияющие глаза её высочества и потерянную, совсем не такую, как всегда, физиономию соблазнителя. А потом Ксения Георгиевна с самым решительным видом взяла Фандорина за руку и увела прочь.

– Как вы думаете, куда это она его? – спросил я шёпотом, избегая смотреть на мадемуазель.

Раздался странный звук, похожий на хихиканье. Я удивлённо взглянул на гувернантку, но она выглядела вполне серьёзной.

– Благодахю за чай, Афанасий Степанович, – чопорно поклонилась мадемуазель и оставила меня в одиночестве.

Я пытался собраться с мыслями. Что делать? Честь императорского дома находилась под угрозой – бог весть, куда может зайти это увлечение, если вовремя не вмешаться. Сообщить Георгию Александровичу? Но взваливать на него ещё и это бремя мне показалось невозможным. Нужно было что-то придумать самому.

Сосредоточиться на важном мешали совершенно посторонние мысли.

Зачем мадемуазель взяла меня за руку? Я до сих пор чувствовал сухой жар её пальцев.

И в каком смысле было хихиканье, если оно, конечно, мне не прислышалось?

Стекла дрогнули от упругого удара, донёсся могучий гул – это с кремлёвских башен ударили пушки, извещая о начале шествия. Значит, уже настал полдень.

И почти в ту же самую минуту меня позвали в прихожую.