— А то ты не знаешь, чем я была занята все это время, — недовольно пробурчала, снова потирая глаза, но уже не от сонливости. — Блин… в аптеку забыла заехать!
— Зачем? — так же не отрываясь от работы, поинтересовался Цепеш, делая очередной глоток кофе, причем даже не глядя ни на чашку, ни на меня. Удивляюсь я его профессионализму… Как и пугаюсь, восхищаюсь и завидую одновременно. Без шуток!
— Я которые сутки в линзах, — тоскливо пожаловалась, медленно моргая, напрасно пытаясь выдавить из себя хоть пару слезинок. И я не давила на жалость, просто реально ощущения были не айс. — Они тупо пересохли. Теперь их надо либо выкинуть, или зенки закапать.
— А снять? — спросил Алёхин, наконец, отрываясь от экрана. Слегка сощурился, вглядываясь в мои глаза, и с ноткой удивления в голосе вскинул брови. — Они покраснели.
— Это тебе не вставная челюсть, их в стакан на ночь не положишь, — фыркнула, откровенно завидуя юристу, который явно не имел никаких проблем со зрением, потому и не знал о таких мелочах. — Жидкости и куда их положить у меня нет, так что остается только выкинуть. А домой как потом ехать?
— Выкинь, — пожав плечами, просто предложил ненасытный граф, явно не видя в озвученном никакой проблемы. Длинные, «аристократичные» пальцы вновь забегали по клавиатуре макбука. — Утром куплю новые.
Я аж зевком подавилась. И, с недоумением посмотрев на не заметившего моего шока вампира, беззвучно хмыкнула, потянувшись за сигаретами. Нет, заботливый Цепеш — это явно странная зверушка… Во всяком случае, для моего понимания!
Звонок мобильника раздался как нельзя кстати.
— Илюшенька, — едва узрев на экране название марки известных байков, кличку развалившегося на верхушке шведской стенки котяры, а заодно и прозвище собственного брательника, я моментально приняла вызов, проныв в трубку вместо приветствия. — Илюнечка, Илясечка, Ильсюшечка… Забери меня отсюда, а?
— Какого х… — ответный возглас был не менее вежливым. — Белка, мля! Ты во что там вляпаться умудрилась?!
— Спокуха, братиш, — откровенно поморщилась от завышенных децибелов разволновавшегося родственника, прекрасно знающего, что «Илюшенькой» он становился только во времена моих крупных неприятностей. И, проигнорировав насмешливую улыбку, гуляющего по губам Влада, якобы не обращающего на меня внимания, потянулась за своими сигаретами. — Всё в ажуре. Почти… забери меня от этого гадкого упыря, а?
— А, так ты у Дракуленка, что ли? — гневные вопли тут же сменил добродушный бас, вогнавший меня в ступор. Я даже на мобильник посмотрела, желая удостовериться, что реально разговариваю с братцем, а не кем-то там еще.