Люблю людей, беспринципно игнорирующих мнение окружающих. Жизнь — это кайф свободы от обид и недовольств других, когда ты уверен в себе и своих решениях. Вот почему я всегда завидовала тем, кто может жить по своим устоям, не смотря ни на что. Теперь же, словно байкер для графа Дракулы, я стану коротышкой, отчаянно ставящим в тупик тех, кто никогда меня не понял....
Так что она просто провернула выгодный для себя отказ от договорного брака моими руками.
— Короче, нимб и крылья у нее явно нигде не завалялись. Милая барышня.
— Тебя это не беспокоит? — мужчина продолжал допрос с убийственным спокойствием, не стыдясь, ни пугаясь, не злясь и не пытаясь оправдаться. В этом был весь Цепеш — я никогда не видела, чтобы он поддавался эмоциям, рубил сгоряча или откровенно психовал. Похоже, излишняя эмоциональность и «взрываемость» целиком и полностью досталась в их семье меньшему брату.
И мне это нравилось. В конце концов, на нашу пару одного психа в моем лице будет вполне достаточно.
— Неа, — покачала головой, смотря мимо него в сторону приоткрытого окна, из которого отчетливо доносились голоса с заднего двора и играющая в беседке музыка. После чего взглянула, наконец, в пронзительно-зеленые глаза своего собственно вампира, задумчиво протянув. — Разве что чуть-чуть. В альтруизм мадам Солод и ее спокойное отступление не верится, уж извини.
Вместо ответа Влад хмыкнул. И, вытащив из-за моей спины ту самую уродливую пепельницу на львиных лапах, иронично поинтересовался:
— Стась, ты знаешь меня, мои вкусы и предпочтения. Скажи, разве девушка, желающая заполучить мужа, станет дарить ему что-то подобное?
— По словам Алины, ты любишь подобную «хрень», — вот тут уже я откровенно ухмыльнулась. И, забрав с края стола другую коробку, вынула из нее тоже пепельницу, но несколько иначе выполненную.
— Даже не буду спрашивать, где вы умудрились столкнуться и что из этого вышло, — наблюдая за моими маневрами, блондин едва заметно качнул головой, слегка улыбаясь. — Но встреча явно оставила незабываемые впечатления.
— Не то слово, — хмыкнула, пристраивая новое вместилище для окурков рядом с его менее элегантным собратом. — Разговор… удался, да.
— Визитка, — продемонстрировав кусочек картона, лежащий в пасти льва, Цепеш небрежно отбросил ее обратно и выдвинул ногой плетеную мусорную корзину из-под стола.
— Нехорошо так обращаться с подарками, — откровенно позлорадствовала я, наблюдая, как гадость с лапами, легко подтолкнутая длинными пальцами, небрежно летит со стола и с гулким звуком оказывается в мусорке.
