В зеркале реальности открывается мир Корпорации — жестокой и теневым институтом, где закон не имеет значения. Интересующий район всегда охраняется двукратно усиленной охраной, а лиц, препятствующих идентификации особей, рассматривается как преступники. Кто знает, что скрывают под своей маской?...
— Тут голос Серебрякова виновато пояснил:
— Вы же знаете, Тринадцатый, у меня был не очень сильный организм… В общем, у меня развился обширный инфаркт миокарда, что привело к мгновенному летальному исходу. Моё изобретение понять никто не смог, его признали неудачным, устройство демонтировали, а я оказался внутри секретной части Пирогова, активировать которую, как вы знаете, можно только с этой консоли и только при знании пароля, который необходимо вводить только вручную. А его знают только два человека, вы и я.
— И что, ты так и просидел там взаперти две тысячи лет подряд, так, кажется, ты выразился? — Удивился майор. — Как только крыша не съехала от безделья и одиночества."
"— Ну что вы, всё было не так фатально! — Засмеялся голос. — Безделье мне не грозило. Секретная часть Пирогова неразрывно связана с открытой частью. Я не мог пользоваться интерфейсом для общения с людьми, но я мог работать с ресурсами вычислительной сети Бункера.
— Мне очень жаль, что к моменту излечения вас осталось так мало… Я даже подумать не мог, что такой чудовищный поворот событий вообще возможен! — Голос совсем по-человечески грустно вздохнул.
— Мой низкорослый друг Арториус был с нами несколько неискренен? — Зло ухмыльнулся майор.
— Всё верно. — Теперь в голосе Серебрякова легко угадывалось возмущение. — Он просто чудовище, а не человек. Он всё изначально подстроил! Всё началось с того, что после моей биологической смерти Совет инсценировал разгерметизацию подуровня Внешней группы и заблокировал ваши помещения. Позднее их стёрли со всех новых схем Бункера. Совет напугала моя гибель, и они решили предвосхитить любые подобные попытки до изобретения надёжного способа излечения.
