Куриные котлетки с грибами, крабы под соусом васаби, арбузный фреш, все, что твоя душенька пожелает.
– Арбуз в марте? – удивилась я. – В принципе его можно достать, но за большую цену.
– Деньги ничто, когда речь идет о ребенке, потерявшем отца, – вздохнула Беата. – Галочка, уважь меня, выпей какао. Давай налью.
Повариха наполнила чашку и протянула девушке.
– Уважь тетю Беату, глотни. Ну, давай, сразу станет легче.
Галя поднесла чашку ко рту.
– Ой! – воскликнула я.
Беата взглянула на меня.
– Мышь! – взвизгнула я.
– Где? – всполошилась повариха.
Я показала пальцем на дверь.
Беата обернулась и затопала ногами.
– Убирайся, пакость. Уж простите, как мы грызунов ни травим, они все равно заводятся.
– Очень вкусное какао, – прошептала Галя.
Повариха снова повернулась.
– Ах ты моя умница! Весь бокал осушила! Побежала я, хлопот много. Завтра бал, надо кучу дел переделать.
Когда повариха удалилась, Галя вскочила, взяла чайничек и показала на дверь в стене.
Я кивнула. Девушка поспешила в туалет, оттуда вскоре раздался звук спускаемой воды.
– Может, напиток и не содержал ничего плохого, – улыбнулась я, когда Галина вернулась в комнату.
Девушка поставила пустой чайник на столик.
– Как говорит наша домработница: «Лучше перебдеть, чем недобдеть». Чем активнее кто-то малознакомый начинает потчевать меня разными вкусностями, тем меньше мне хочется их пробовать.
– Может, не стоит везде видеть злой умысел? – вздохнула я. – Вероятно, Беата искренне пожалела тебя, решила, что какао – лучшее утешение…
– И какао просто какао, – договорила Галя, – но вы тоже заподозрили неладное, иначе б не закричали про мышей, чтобы Беата отвернулась, а я вылила содержимое из своей чашки в чайник.
– Ну да, – согласилась я, – повариха показалась мне излишне настырной в своем желании напоить вас. Но, возможно, так она проявляла заботу. А у нас с вами активно развивается болезнь профессиональных сыщиков: неуемная подозрительность. Зачем ей что-то подсыпать вам в питье?
– Ответа нет, – призналась Галя, – но пока точно не выяснена причина папиной смерти, нужно быть осторожной. Врач-абориген говорил про инфаркт, но кто-то из местных мог узнать, какой сюрприз Элиза подготовила на столетний юбилей, и решил помешать его осуществлению. Управляющая крепко держит язык за зубами, но многие люди наблюдательны, любопытны. Элиза это понимала и опасалась, что задуманное ею может сорваться.
Я начала сыпать вопросами.