Посадник вывалил все, что знал, видел и слышал. А нередко подзывая и иных. Люди‑то прыснули от города в разные стороны, потому много всего смогли заметить.
Наутро, вновь накормив погорельцев кашей, князь начал прощаться. Пора было идти в обратный путь. Тем более что в этих краях он уже отметился. Весть о его поступке по всему княжеству разлетится. Да и повод хороший — выяснял судьбу своей невесты.
Запасов он оставил людям не очень много. На несколько месяцев. Вот тут посадник и поинтересовался:
— А коли к тебе придем, возьмешь под свою руку?
— А ты, посадник, что на чужбину торопишься? — ответил вопросом на вопрос Георгий Максимович.
— Так не выжить нам тут. За подарок, княже, спасибо огромное. Если бы ты не пришел — протянули б недолго. Уже и так траву жрали да от голода пухли. Но есть и другая напасть — не оборониться нам ныне. Землянки выкопать успеем. Да и только. Придет зимой малая ватага нехристей, и все. А ведь разбойный люд и летом заглянуть может. Теперь все знаю, что княжество разбито да пограблено. Как стервятники налетят, последнее забрать.
— А что, князь Владимирский вас не оборонит?
— Может и оборонит, — пожал плечами посадник. — Если явится. Да и с каких харчей ему кормится? Нам самим до будущей весны не хватит, опять траву жрать придется. А в округе все в округе в пепле лежит. Никто не сеет.
— Хорошо. — Кивнул после слегка затянувшейся паузы князь. — Если совсем тяжко станет — приходите. К делу пристрою.
На том и расстались.
Не очень хотелось Георгию сманивать последних жителей с опустевших владимирских земель. Ему еще с новым князем как‑то договариваться. А Ярослав Всеволодович был еще тем жуком, но и бросать их без надежды было не правильно.
Впрочем, обдумать ситуацию сразу ему не дали. Только они отъехали от города, укрыв пепелище от невозмутимых затылков, Иван не выдержал, начав давно вынашиваемый разговор.
— Не понимаю я тебя, — аккуратно произнес он.
— Ты о чем? — Повел бровью князь.
— Все эти игры с религией.
— Ты предлагаешь извиниться перед этими милыми душелюбами, выплатить им компенсацию и вернуть в храмы?
— Я не об этом хочу сказать. Зачем ты вообще превратил в публичное шоу эту историю со священниками? Допросили бы тихо. Аккуратно прирезали. И закопали за кольцевой. В лесу, то есть. Ну, ты понял. А что ты устроил?
— Скажи мне друг, а ты вообще представляешь, с кем мы столкнулись?
— Ну, так поясни, — нахмурился особист.
Георгий улыбнулся и порадовал Ивана весьма продолжительной лекцией.
