Героиня попадает в тело полной княжны после удара кирпичом. Теперь ей предстоит справиться с презрением общества, холодностью семьи и поиском своего места в мире, где внешность определяет судьбу. Сможет ли она найти любовь и принятие, несмотря на стереотипы?
Раздел Chitat.online для книги «Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Дилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиня попадает в тело полной княжны после удара кирпичом. Теперь ей предстоит справиться с презрением общества, холодностью семьи и поиском своего места в мире, где внешность определяет судьбу. Сможет ли она найти любовь и принятие, несмотря на стереотипы?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Катерина Александровна Цвик Самиздат подборки серии
Героиня попадает в тело полной княжны после удара кирпичом. Теперь ей предстоит справиться с презрением общества, холодностью семьи и поиском своего места в мире, где внешность определяет судьбу. Сможет ли она найти любовь и принятие, несмотря на стереотипы?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Дилогия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А потом подошел Дима в компании дедушки Пихто, который сейчас выглядел на удивление респектабельно: сюртук из дорогой плотной ткани, брюки, заправленные в высокие начищенные до блеска сапоги, напомаженные волосы и борода и новая шляпа, которую он сжимал в крепких мозолистых руках. И куда только подевался деревенский расхристанный старичок, с которым я познакомилась на Изнанке?
— Ну как? — не без гордости спросил, искоса на меня поглядывая и ловя восхищенный взгляд.
— Ну, франт! — честно ответила я. — Чисто франт!
Нос у деда после этого задрался еще больше, аж до тех пор, пока Пух на моих коленях не приоткрыл один глаз и не произнес:
— Ви-и-идела бы тебя сейчас Береги-и-иня… То-о-очно бы сказала, что наш де-е-ед собрался жениха-а-аться. Кто хоть пригляну-у-улся на этот раз?
Деда от этих слов как-то резко перекосило. Видимо, была там скрыта какая-то своя история, о которой известно только этим двоим или троим, если брать в расчет Берегиню. Но напускной спеси это с него сбило.
— Ну ты и пустобрех, Пух! Хоть и кот!
— Како-о-ой же я тебе ко-о-от? — без огонька возмутился Пух, видимо, далеко не в первый раз слышит эту подколку. — Я чистокровный фамилья-я-яр.
— Это ты кому-нибудь другому рассказывать будешь, а я-то…
Неизвестно, до чего бы договорились эти двое, если бы в этот момент не открылась дверь в соседнее помещение, и нас не пригласили войти.
Пройдя по длинной анфиладе, мы вошли в просторную спальню, где на кровати лежал бледный, осунувшийся, заметно постаревший, но не утративший остроты ума царь. Он осмотрел нашу живописную троицу, застывшую в почтительном поклоне, и остановился на Диме, который нас сопровождал.
— Твоя жена не устает меня удивлять, Дмитрий Максимович. — И обратился ко мне. — Ну, здравствуй, Евдокия Поликарповна. Рад тебя видеть и хочу поблагодарить за спасение дочери. — Он сжал руку сидевшей рядом с ним в кресле Лизаветы, на руках у которой дремала Василиса или просто Васенька, ее фамильяр. — Поверь, это очень много для меня значит. — Я еще ниже склонилась в поклоне, а он ненадолго замолчал, погрузившись в свои мысли. — Что ж, познакомь нас со своими необычными друзьями.
Я выпрямилась и познакомила. Рассказала, что они оба жители Изнанки и изъявили желание посмотреть Землю Изначальную, и сама Старица попросила меня представить ему их. Но мое представление было прервано самым неожиданным возгласом:
— Ох ты ж, капустные кочерыжки! Пух, ты это видишь? — внезапно поинтересовался дед Пихто, глядя куда-то поверх головы царя.
