Автор
В корриде на раздевание главный герой, словно из рекламного ролика, внезапно замечает привычные предметы в новом окружении. Его художественный sensibility и натурализм заставляют нас осознавать обыденную природу даже самых необычных действий. Внутренняя драматургия и внешние события здесь взаимодействуют в ярко изображенной реалистичной атмосфере, где каждая секунда имеет значение....
Потом вдруг тишина и голос Алевтины:
– Боже! Помогите!
Я кинулась на зов, влетаю в кухню… Господи! Варя мертвая на полу. Вся в крови. Рядом с трупом Афанасий. Весь в крови! Он держит здоровенный нож. Алевтина стоит около окна. Вся в крови. Вокруг все в крови. О как!
– Почему вы решили, что Стеклова умерла? – осведомился Макс.
Клавдия взглянула на Вульфа.
– Мил человек, я ж медсестра. Не в хирургии работала, не в реанимации, но профильное образование имею, анатомию изучала. Голова у Варвары почти отдельно от туловища находилась.
– Что случилось?
Афанасий молчит, моргает, в руке нож. Отец у него тесак отнял, к жене повернулся. Та лепечет:
– Не я, не я, не я…
Хозяин в меня зенками уперся, меня аж затошнило.
– Я за пару секунд до вас вошла в кухню.
Ну и кто остается? Афанасий. Отец все понял. Да и я догадалась. Мальчик в своей комнате сидел, она по соседству с кухней расположена. Небось услышал вопли, понял, что кто-то пришел, решил глянуть, что происходит. А там мать с любовницей отца в раж впали. Может, они дрались. На столике лежал здоровенный нож, которым Алевтина все резала. Подросток мать защищал.
Сергей Леонидович меня за руку схватил:
– Хочешь новый хороший дом?
Кто же откажется? Я кивнула, он меня в коридор вытолкал.
– Делаешь, что я велю, и получишь жилье с ремонтом, мебелью, еще денег заплачу. Слушай меня внимательно.
Жестянкина перевела дух.
– Доктор у сына нож отобрал, Фаську запер в его комнате, жену в кровать уложил. Занавеску в ванной сорвал, мешков для мусора тогда не было. Мне велел дочиста кухню отмыть. Я постаралась, оттерла все, мел развела, из пылесоса потолок покрасила, окно отдраила, скатерть, занавески сложила в таз, сожгла, пепел в газеты свалила, завернула. Сверток с пеплом в сумку сунула, с собой увезла, таз тоже прихватила.
– Что случилось? Я волновался.
Я ответила:
– Хозяйка генеральную уборку затеяла, поэтому я задержалась, на последнюю электричку опоздала.
Вот и все. Вскоре Сергей Леонидович приехал, посадил меня в машину, привез в «Розовую Луну», и я там работать стала. Кирпичников со всеми договорился, и в психушке, и в лесной школе.
