Автор
В корриде на раздевание главный герой, словно из рекламного ролика, внезапно замечает привычные предметы в новом окружении. Его художественный sensibility и натурализм заставляют нас осознавать обыденную природу даже самых необычных действий. Внутренняя драматургия и внешние события здесь взаимодействуют в ярко изображенной реалистичной атмосфере, где каждая секунда имеет значение....
Врачей-мужчин в консультации, куда нанялся Штильман, не было, оклад давали маленький, занятость была огромная.
Спустя полгода Мирона осторожно спросили в Мосгорздраве:
– У вас с сыном конфликт?
– Конечно, нет! Почему вы так решили? – удивился отец.
– Лазарь работает не в престижном роддоме, не в НИИ, – перечислил чиновник, – он кандидат наук, талантлив. И вдруг женская консультация! Нонсенс! Давайте переведем его куда получше.
Мирон Лазаревич махнул рукой.
– Сами с ним беседуйте!
Молодому врачу сделали заманчивое предложение, он отказался, остался в районном заведении, где его обожали все беременные.
"В перестройку, как только стало возможно открыть собственное дело, Лазарь основал свою клинику, начал лечить женщин от бесплодия. Он не делал ЭКО, считал его ужасным изобретением, которое начисто убивает иммунитет и гормональный статус женщины. Лазарь опирался на свою вирусную теорию. И что интересно, его пациентки и впрямь рожали здоровых малышей.
Филипп показал пальцем на экран.
– Однажды Штильман дал интервью многотиражной газете.
Филипп взглянул на меня.
– Венедикт говорил, что у Лазаря Мироновича есть коллекция, – кивнула я, – только он вел речь о каких-то возбудителях болезни, вроде оспы.
– Дальше слушай, – велел Фил, – продолжение речи Штильмана: «Впрочем, иногда желанная беременность может наступить после тяжелого заболевания.
