Озираясь, Миша вышел на улицу под первым солнечным лучем. Улица была пуста, лишь домашние сколько-нибудь громче всех других звуков - это были тихие шепоты и легкий кашель из окон соседей, деликатно пробуждающихся в независимой спокойной темноте. Миша ощущал на себе взгляды прохожих и устало вернулся в дом, но рогатка заставила его бодриться и подготовиться к неожиданности дня....
Полевой пожал широкими плечами:
– Разбирались в этом деле много, да все без толку, а тут революция… С царских адмиралов нужно спросить.
– Сергей Иваныч, а кто главней: царь или король? Полевой сплюнул коричневую махорочную слюну.
– Один другого стоит.
– А в других странах есть еще цари?
– Есть кой-где.
«Спросить о кортике? – подумал Миша. – Нет, не надо. Еще подумает, что я нарочно следил за ним…»
Потом все ложились спать. Бабушка обходила дом, закрывала ставни. Предостерегающе звенели железные затворы. В столовой тушили висячую керосиновую лампу.
Миша долго не засыпал.
Луна разматывала свои бледные нити в прорезях ставен, и вот в кухне, за печкой, начинал стрекотать сверчок.
В Москве у них не было сверчка. Да и что стал бы делать сверчок в большой, шумной квартире, где по ночам ходят люди, хлопают дверьми и щелкают электрическими выключателями! Поэтому Миша слышал сверчка только в тихом дедушкином доме, когда он лежал один в темной комнате и мечтал.
Хорошо, если бы Полевой подарил ему кортик! Тогда он не будет безоружным, как сейчас. А времена тревожные – Гражданская война. По городам и селам гуляют банды, свистят пули. Патрули местной самообороны ходят ночью по улицам. У них ружья без патронов, старые ружья с заржавленными затворами.
Миша мечтал о будущем, когда он станет высоким и сильным, будет носить брюки клеш или, еще лучше, обмотки, шикарные солдатские обмотки защитного цвета.
У него винтовка, гранаты, пулеметные ленты и наган на кожаной хрустящей портупее.
Потом он и Полевой отправятся на фронт, будут вместе воевать, и, спасая Полевого, он совершит геройский поступок. И его убьют. Полевой останется один, будет всю жизнь грустить о Мише, но другого такого мальчика он уже не встретит…
Затем кто-то черный и молчаливый тасовал его мысли, как карты, и они путались и пропадали в темноте…
Миша засыпал.
Глава 4
Наказание
Это наказание придумал, конечно, дядя Сеня. И самое обидное – дедушка с ним заодно.
За завтраком дедушка посмотрел на Мишу исказал:
– Набегался вчера? Вот и хорошо. Теперь на неделю хватит. Сегодня придется посидеть дома.
Весь день сидеть дома! Сегодня! В воскресенье! Ребята пойдут в лес, может быть, в лодке поедут на остров, а он… Миша скривил губы и уткнулся в тарелку.
