В глубине двора мерцала лунная темница, где скромно проживал одинокий орел. Дома вокруг были забиты окнами в черном ночи, а собака бродила по мрачному двору, погруженному во тьму фонарей. Здесь царила тихая, почти сказочная уединенность, нарушаемая лишь едва слышным звездно-лунным светом и легким шепотом ветра....
А зачем все-таки этот иностранец здесь? Может, нам ФСБ сюда пригласить?
— А также министра иностранных дел и посла дружественной Австралии с парочкой кенгуру в качестве почетного эскорта.
— Не понял я тебя, Арсений. Все равно не понял.
Степан Валерьянович Цветков был многолетним бессменным участковым в Соснах, знал всех старожилов деревни и был знаком с подавляющим большинством новых хозяев. Мужик он был безвредный, но служака толковый и ревностный. С поправкой на неспешный уклад сельской местности.
Сама того не ведая, Людмила Константиновна натолкнула сына на мысль взять участкового с собой на задержание.
— Завезешь мне, когда сможешь, — смилостивилась Людмила Константиновна, услышав традиционные жалобы на нехватку времени и хроническое недосыпание. — Впрочем, лучше на этой неделе. Я ведь собираюсь заехать в Сосны, и книжки мне понадобятся.
— Для кого шедевры предназначены на этот раз? — устало поинтересовался Кудесников, зная, что в этом пакете собран обменный читательский фонд.
— Для Зины. Ты помнишь Зину? Она тебе малину передавала.
— Малину помню, Зину — нет. Кто это?
— Тебе должно быть стыдно. Она жена Степана Валерьяновича, участкового. Вспомнил?
— Это же здорово, — обрадовался Кудесников, который уже не первый час ломал голову над тем, как ему вовлечь в задуманную операцию представителей правоохранительных органов.
Степан Валерьянович был идеальной фигурой: представитель власти, имел полномочия заняться делом по факту обращения жителей поселка. А в случае чего — свой человек, не выдаст."
"Замысел Кудесникова был прост. Рита вечером едет в деревню. Одна, без сопровождения. От станции до поселка идти минут пятнадцать через лесок.
В прошлый раз план у него был точно такой же.
