В глубине двора мерцала лунная темница, где скромно проживал одинокий орел. Дома вокруг были забиты окнами в черном ночи, а собака бродила по мрачному двору, погруженному во тьму фонарей. Здесь царила тихая, почти сказочная уединенность, нарушаемая лишь едва слышным звездно-лунным светом и легким шепотом ветра....
Вы испускаете столь мощные флюиды, что это наверняка помешает мне сосредоточиться.
Кудесников побежал по тропинке к ее дому, влетел в комнату и завертелся на месте. Потом увидел на подоконнике знакомый кувшин с компотом и через край выпил половину содержимого. Руки у него тряслись. Ждать просто так было невозможно. Он снова выскочил на крыльцо и сразу же увидел Риту, которая шла к дому, неся на руках Мерседеса. Кот был живехонек, хотя и выглядел слегка ошарашенным.
— Он всего лишь пытался очистить желудок. Видите, что застряло у него внутри?
Она показала Арсению огромный комок шерсти, похожий на обслюнявленную мышь.
— Бывало, раньше его тошнило, — пробормотал Кудесников, заключая своего любимца в крепкие мужские объятия. — Но чтобы такие финты выбрасывать… Ну, Мерс, ты меня и напугал… Рита, я даже не знаю, как вас благодарить.
— Я просто постучала его по спине, — улыбнулась она. — Идите сюда, я угощу вас свежими ягодами. Хоть немного отвлечетесь и придете в себя.
— Извините, я тут… выпил из кувшина компот. Без спросу.
Рита серьезно посмотрела сначала на него, потом на ополовиненный кувшин, неожиданно согнулась пополам и принялась хохотать, держась двумя руками за живот.
— Что? — спросил Кудесников мрачно. — Хотите сказать, это был не компот?
— Не-е-ет, — простонала та.
— А что? Та самая дрянь из котелка? Мышиные ушки да лапы лягушки?
— Ох, не могу. — Рита вытерла слезы рукой. Было ясно, что это разрядка и что она тоже изрядно понервничала.
Кудесников на взгляд попытался прикинуть, сколько «полстаканов» он проглотил.
— И что теперь со мной будет?
Рита еще раз всхлипнула и серьезно ответила:
— Боюсь даже предположить. — Глаза ее искрились. — Пожалуй, сегодня вам лучше не пускаться в дорогу.
— А я не умру? — на всякий случай поинтересовался Кудесников.
Как любой нормальный мужчина он до смерти боялся любых изменений, происходящих в его организме.
— Это не смертельно, — успокоила его Рита. — И потом, когда все закончится, вы наверняка почувствуете облегчение.
— Гораздо важнее, что я почувствую, когда все начнется.
Он опустил вырывающегося кота на пол и теперь неотрывно смотрел, как тот самозабвенно вылизывается.
— Не волнуйтесь, с вами обоими все будет хорошо.
— Надеюсь. В общем, Рита, я хочу вам сказать, что готов заняться вами вплотную.
— Мной? — удивленно переспросила она.
