В глубине двора мерцала лунная темница, где скромно проживал одинокий орел. Дома вокруг были забиты окнами в черном ночи, а собака бродила по мрачному двору, погруженному во тьму фонарей. Здесь царила тихая, почти сказочная уединенность, нарушаемая лишь едва слышным звездно-лунным светом и легким шепотом ветра.
Обладавший цепкой профессиональной памятью, сержант при виде Кудесникова радостно воскликнул:
— А, частный детектив прибыл! Какими ветрами к нам задуло? Ищем кого?
— Это вы ищите, мы ведь, известное дело, только клиентов на бабки разводим, — откликнулся Арсений.
Сержант радостно засмеялся, принимая дружеский тон.
— Вот, соседку привез, — доверительно продолжил Кудесников. — Ее вызвали, сказали — опознать кого-то надо. Я еще подумал — может, тоже пригожусь.
— Соседка? — хитро прищурился сержант. — Это правильно. Таким соседкам надо помогать.
— Слушай, а серьезно, что там за дела? Выяснили, кто это?
— В свое время все узнаете, господин детектив, — ухмыльнулся сержант и, махнув на прощание рукой, выбежал на улицу.
— У меня к вам огромная просьба, — напутствовал Риту Кудесников перед тем, как она скрылась за дверью кабинета следователя. — Постарайтесь из разговора понять, установили они личность покойного или нет. И запоминайте все, что только можно, — фамилии, названия мест, клички. Ладно?
Кудесникову пришлось довольно долго дожидаться Риту в коридоре. За это время мимо него дважды — туда и обратно — провели двух кряжистых мужичков отчетливо уголовного типа.
Потом наконец появилась Рита.
— Сейчас, — быстро сказал ей Кудесников, — подождите меня здесь.
Он приоткрыл дверь в кабинет и вежливо поинтересовался:
— Я могу на минутку к вам заглянуть? Минутка затянулась на полчаса. Когда Арсений уже вел Риту к машине, она сказала:
— Я боялась, что вы там с ними поругаетесь.
— Почему я должен был поругаться?
— Вы такой напористый. Они, кажется, этого не любят."
"— Я напористый, когда надо. А просто так — чего напирать? Просто напомнил следователю о себе, спросил, не могу ли чем помочь. Он, кстати, обрадовался, сказал, что все равно хотел меня вызвать. Поговорили прекрасно, только для нас с вами — безрезультатно. Давайте поступим так — сначала вы мне расскажете, о чем вас спрашивали. Потом сложим нашу информацию и посмотрим, получатся ли из этого сколько-нибудь вменяемые выводы.
По дороге домой немногословная Рита подробно, насколько смогла, рассказала о том, что происходило в кабинете следователя.
После всех положенных процедурных действий следователь вновь стал подробно расспрашивать про тот злополучный день, точнее — ночь. Так как Рита ничего больше интересного для следствия не вспомнила, ей показали кучу фотографий лежащей в канаве на боку машины и той же машины, которая уже стояла нормально, на всех четырех колесах.
