Хотел, как лучше, но сердцу не прикажешь, - она вздохнула. – Вот такая она – любовь. С обманом, со смертью. Но они умерли в один день, бедняжки – леди Юджени и лорд Шарль. Наверное, сейчас они вместе на небесах.
- А где их похоронили? – я взяла одну из корзин, чтобы помочь Лоис отнести посуду обратно – на полки в кладовую, где праздничный сервиз пылился много лет до этого и собирался пылиться дальше.
- В семейном склепе, где же ещё, - Лоис пожала плечами. – Там лежат все Огресты – за замком, возле скал.
- Милорд часто туда ходит? – продолжала я расспросы.
- Да не скажу, чтобы часто, - Лоис захлопала глазами, и было видно, что она никогда не задумывалась об этом. – Как все, наверное. Раз в год, в день поминовения.
- Поминальные службы заказывает?"
"- Да какой мужчина этим занимается? – поразилась она. – Милорд и в церковь-то ходит только по большим праздникам. Вот и мой Персиваль…
Она пустилась в рассуждения, почему мужчины не так набожны, как женщины, и я не мешала ей говорить, сама думая о другом.
Может ли быть такое, что Марлен права, и милорд Огрест до сих пор живёт памятью о предавшей, а потом безвременно ушедшей возлюбленной? Отсюда и нежелание устраивать личную жизнь, и забота о племяннице…
Если милорд Огрест до сих пор помнит эту звонкую Юджени, тогда все мои попытки расшевелить его будут восприниматься, как покушение на святыню.
Но если любовь была такой сильной, почему он не живёт возле склепа? Романтическому влюблённому полагается разговаривать со своей возлюбленной, пусть даже с мёртвой. Полагается окроплять её гроб слезами, приносить к могильной плите фиалки в январские морозы…
Может, Огрест всё это делает тайком? Но в замке я не видела даже портретов покойного Шарля и умершей Юджени. Не похоже, что маркграфу хочется о них вспоминать.
Я думала, думала, но ничего толкового не придумывалось. В конце концов, я встряхнула головой, прогоняя тяжёлые мысли, и решила действовать, а не предаваться философским размышлениям.
Итак, на очереди был сладкий пирог для милорда Огреста. Волшебная книга сказала, что рецепт подойдёт, и я ей верила. Потому что речь шла о знаменитом пироге «Мужская радость». По легенде, этот пирог готовила своему некрасивому и хромому мужу богиня любви, чтобы умиротворить его, когда попадалась на кое-каких грешках. И ещё – своему любовнику, богу войны. Но не для того, чтобы успокоить, а для того чтобы наоборот…
Не удержавшись, я хихикнула. Вряд ли книга подсказала приготовить этот чудо-тортик для успокоения милорда Огреста. Он и так слишком спокоен. Немного взбодриться не помешает. А что бодрит мужчину лучше, чем ром, чернослив и грецкие орехи?
Первым делом я замочила в роме чернослив, предварительно вынув из него косточки, и занялась песочным тестом.