Город на краю земли начал новый зимний день с первыми замерзшими каплями и мелким дождиком. Я не хотела задерживаться в затихающем утреннем шепоте, поэтому уже в восемь приготовилась выйти на улицу. Взглянула в тусклое зеркало, посмеялась над своей новой шляпкой, и устремилась к дорожной сумке — готова была бежать впереди снега....
– Никогда бы не стала вашей парой. И не стану. Вы мне сразу не понравились – со своими улыбочками, услужливостью, сплетнями, которые так и лились из вас. Сначала я считала вас неплохим человеком, пусть и болтливым, а теперь вижу, что вы прогнили насквозь. Вы не синиль, Рафаэль, а гниль. И если не понимаете, почему я полюбила Ноэля – этого благородного, честного, верного человека…
- Так, не надо мне про его замечательные качества, - остановил он меня жестом. – Даже слушать это не желаю.
- А придётся, - пообещала я ему со мстительной радостью.
- Всё-то вы разузнали, Кэт, - поцокал он языком, - всё-то выяснили, всё просчитали. Но одного не учли,
- Чего же? – поинтересовалась я.
- В замке только вы и я – сказал он. - И Юджени, запертая в подвале. Как вы думаете, позволю ли я вам отправить леденцы в столицу?
Я не успела ответить, потому что он перемахнул через стол и оказался рядом со мной, схватив меня за шею двумя руками.
- Ваша смерть будет для Ноэля таким ударом, - шепнул он, сдавливая моё горло. – Вы умрёте, и всё будет как прежде.
Я вцепилась в него, стараясь разжать его пальцы и глотнуть воздуха, но аптекарь вдруг сам отпустил меня. Закашлявшись, я опёрлась о стол, и тут же меня подхватили другие сильные мужские руки – подхватили бережно, поддерживая, закрывая ото всех.
Конечно, это был Ноэль, и я сразу обняла его, пряча лицо у него на груди и радуясь, что всё закончилось.
- Так это целый заговор? – услышала я голос аптекаря Ферета.
Или Рафаэля Нуара, как выяснилось.
Говорил он весело и даже засмеялся. Я глубоко вздохнула и отстранилась от Ноэля, потому что дело ещё не было доведено до конца.
Тутур и господин Бланкир держали аптекаря под локти, оттащив в дальний угол комнаты. На пороге гостиной стоял господин Планель, воинственно сжимая кулаки, а из-за его плеча выглядывала с ужасом Саджолена, закрывая рот ладонью. Ещё дальше Надин и Лоис обнимали за плечи беззвучно плачущую госпожу Броссар.
- С двух сторон накрыли, - восхитился аптекарь. – Да отпустите уже! Куда мне бежать-то?
- Поосторожней с ним, ребята, - посоветовал Лиленбрук. – Пока отпустите, но глядите в оба. Если он такой же хитрый, как его дед, то попытается сбежать.
- Я – хитрый? – изумился внук лесника, одёргивая куртку, когда Тутур и господин Бланкир отпустили его.
