В моей новой квартире на двадцать пятом этаже открывалась необъятная панорама города. Мраморный потолок огромного окна сиял от бликов далеких огней, в осенний сумерки они казались светлячками на черной небесной тapisse. Стены стволов высотных зданий были скрыты лишь краями поднимающихся строек и мерцавшими синими огнями выхлопных труб, уносящих тьму в череду окон....
Ну как дети, ей Богу!
Так, а теперь легко попрощаться, улыбнуться и свалить на свою крышу, к своей собаке и своей , так удачно получившейся и зовущей меня к себе, кошке, которая гуляет сама по себе. Прямо, как я.
Дома, оценив масштаб разрухи, нанесенной одим маленьким , невероятно милым существом всего за три часа моего отсутствия, я начала понимать тех, кто избавился от Буси. Хотя, вру. Такого я никогда не пойму. Но душу, конечно, отвела, делая нисколько не испуганной Бусе выговор, пока убирала последствия разгрома.
- Ты чего там орешь, теть? - ехидно спросили из-за стены. - Мужик не удовлетворил? Не в настроении? А надо таблетки потому что начинать пить.
- Какие? - только и смогла выдавить я, потому что горло от гнева перехватило. Гад какой! Неужели видел, значит, как меня Вадим Петрович подвез и выгружал, и выводы свои мерзкие сделал! И откуда он, интересно, знает, как я выгляжу? Я-то его физиономию поганую и не знаю еще! И хорошо, что не знаю!
- От климакса, конечно! - и довольно заржал.
Я подпрыгнула на месте, закипев, как чайник, взгляд заметался по квартире, останавливаясь на все той же многострадальной железной тарелке.
И да, грохот получился шикарный.
- Сопляк!
А вот мой визг на ультразвуке вышел настолько некрасивым, что я сама чуть уши не зажала.
- Те-тя! Ле-чись! - по слогам наставительно произнес соседский гад, и показательно врубил музыку. На этот раз меня побаловали Раммштайном. Это был отдельный вид пытки, потому что я знала немецкий язык.
Буся подпрыгнула и внезапно завыла, подпевая солисту. Вполне себе мерзко. Я посмотрела на предательницу, покачала головой и ушла в ванну. Мыться и приводить нервы в порядок. И придумывать способы мести. Потому что оставлять это просто так уже было невозможно. Ну ладно я , но ведь гаденыш и собаке моей музыкальный слух испортит!
Когда я вышла из ванной, музыка уже не грохотала, Буся лежала на диване, с наслаждением догрызая мой любимый носок с пушистыми помпонами, а соседский гад говорил по телефону.
- А чего, номер не определился? - пробасил он, - сейчас... Восемь, девять, три...
Я кинулась к телефону, вбивая отчетливо диктуемые цифры.
Месть! Месть! Месть!!!
Затем потратила час, занимаясь осуществлением своих грандиозных планов.
С девяти до одиннадцати прослушала привычный микс из самых мерзко звучащих групп, что смог найти гаденыш. И даже с улыбкой на губах.
