В доме поселился новый сосед — ужасный, наглый и отвратительный. Они ненавидят друг друга, ругаются так, что стены дрожат. Но странные взгляды соседа заставляют героиню сомневаться в своих чувствах. Что скрывается за враждой — настоящая ненависть или что-то совсем иное?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кошка, живущая на крыше» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В доме поселился новый сосед — ужасный, наглый и отвратительный. Они ненавидят друг друга, ругаются так, что стены дрожат. Но странные взгляды соседа заставляют героиню сомневаться в своих чувствах. Что скрывается за враждой — настоящая ненависть или что-то совсем иное?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В доме поселился новый сосед — ужасный, наглый и отвратительный. Они ненавидят друг друга, ругаются так, что стены дрожат. Но странные взгляды соседа заставляют героиню сомневаться в своих чувствах. Что скрывается за враждой — настоящая ненависть или что-то совсем иное?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Идите, отдыхайте.
Произнесла это Тамара совершенно нейтрально, а потом и вообще повернулась ко входу, где уже с минуту стоял и глаз с нее не сводил ее здоровенный пугающий пациент.
А Вит, чуть подталкивая Кошку в спину, ровно до двери, за которой их не могли увидеть, затем просто развернул ее к себе, жадно накрыл дрожащие губы поцелуем, не в силах сдержать эмоции. Тревогу, облегчение, страх за нее, непонятно, кому успевшую перейти дорогу Кошку, и... И любовь, черт возьми. Любовь.
Обхватил ее, прижал, стремясь спрятать свою драгоценность от всего мира, и понес в маленькую комнатку с узкой кроватью, на которой они сегодня уже спали, тесно прижавшись. И которую он для сна больше не собирался использовать.
- Вить, я не могу, пожалуйста...
- Потерпи, потерпи чуть-чуть, я скоро...
- Вииитяяя...
- Ну, малыш, давай, давай, уже скоро, уже...
- Ммм...
- Так, давай я тебя по-другому возьму...
- Быстрее...
- Да я уже, уже!
- Витя, осторожней давай, ее и так растрясло!
- Тамара, ты не помогаешь!
Я, не в силах больше терпеть, рванула из рук Вита и кинулась в сторону, на подламывающихся ногах, согнулась, и меня опять вывернуло, уже не завтраком даже, а просто желчью. Живот болел ужасно, голова кружилась, и путь от калитки до деревенского дома Тамары казался бесконечным."
"И, похоже, такая реакция у меня будет теперь всегда, стоит только даже мельком, издалека, по телевизору хотя бы, увидеть проклятый мотоцикл ""Ява"" с проклятой коляской!!!
Однажды я, перелистывая каналы на телевизоре, еще тогда, когда он у меня имелся, случайно попала на какой-то фильм советских времен. Красочный, веселый, с песнями и пропагандой про колхозников и урожаи. Я посмотрела. Посмеялась над немудреными шутками и веселыми героями. Особенно насмешила меня бабушка, весело подпрыгивающая на заднем сиденье мотоцикла, быстро пылящего по сельской дороге. Тогда это было забавно. Я смеялась, помню.
Теперь этот фильм я тоже без рвотных позывов смотреть не смогу.
И если вы думаете, что двадцать километров разбитой подмосковной дороги, где асфальт, конечно, был, но местами и стратегически расположен так, чтоб танки на подходе застревали (столица же, линия обороны и все такое), в коляске мотоцикла, дико смердящего бензином самой низкой пробы - это загородная прогулка, то я вас разочарую.
Это ад. В прямом смысле. Мутить меня начало еще на подходе к агрегату. Я пыталась, конечно, залезть на заднее сиденье, чтоб хоть ветерком обдувало, но Вит сопротивлялся, как мог. Боялся, что я руки разожму, как та старушка в фильме, и улечу на обочину с писком.
Так вот. Лучше бы я полетала, вот честное слово. Заодно и воздуха глотнула бы свежего, без пыли дорожной, которая меня теперь равномерным слоем покрывала. Потому что такого ужаса я не испытывала даже в лапах похитителей.
