Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
— Разумеется, — подхватил Ребус, услышав слова Холмса. — Теперь я хочу кое-что поручить вам. У вас есть карандаш и бумага?
То и другое нашлось на столе. Холмс развеселился, вспомнив свой первый разговор с Ребусом. Сделайте кое-что… Сколько же было сделано с тех пор…
— …вы поняли?
— Простите, сэр, я немного отвлекся. Вы не могли бы повторить?
В трубке послышались звуки, выражающие смесь гнева и нетерпения. Ребус повторил — и на этот раз Холмс расслышал каждое слово.
* * *Трейси сама точно не знала, зачем отправилась к Нелл Стэплтон и зачем все ей рассказала.
Она входила в боковые ворота, когда ее подхватили под руки двое мужчин.
— Эй!
— Пройдемте, мисс.
Она решила, что это охрана или полиция, и не стала сопротивляться.
Может быть, друг Нелл Стэплтон хочет повидать ее и надавать ей по шее. Ей все равно. Они вели ее к входу в больницу, и она не пыталась вырываться. Пока не стало поздно.
В последний момент они остановились, развернули ее и втолкнули в заднюю дверь машины скорой помощи.
— Эй! В чем дело?!
Двери захлопнулись, щелкнул замок, и она осталась одна в жарком полумраке.
— Господи, — прошептала она.
Они все-таки нашли ее.
* * *Вечер выдался жаркий и душный, на улицах — необычная для субботы тишина."
"Ребус позвонил в звонок и подождал. Оглянулся по сторонам. Два безупречных ряда георгианских домов, потемневшие от времени и выхлопного газа каменные фасады. Некоторые дома превратились в офисы привилегированных нотариусов и аудиторов и маленьких анонимных финансовых фирм. Но несколько домов еще служили жильем богатым и предприимчивым людям.
