— Мне всё нравится, — возразил технический директор, глядя начальству в глаза. — И деньги, которые я получу в итоге — тоже.
— Он не трахает девушек на спор. Он их на спор не трахает, — хрюкнул Влад.
— И, Костя. Ты не имеешь права ни словом, ни намеком выдать Мышке наш спор — напомнил Колчевский. — В противном случае ты считаешься проигравшим.
— И кончай уже свои детские штучки про «на работе девушка должна работу работать», — влез Дягиль, у которого, похоже наболело. — Пойми, это ничего не изменит.
— Это ничего не изменит, — кивнул техдиректор. — Она в любом случае даст всем от ворот поворот.
— Ты такой романтичный, — саркастически выдал КотоФей, — что мне тебя даже жалко. Я не просто ее трахну, я ее у тебя из отдела уведу.
— Да ну? — возразил Костя.
— Единственная причина, по которой я не сделал этого до сих пор — потому что занят был, — продолжал Влад, который даже не задумался, по какой именно причине он был занят. — Мне даже трех месяцев не потребуется. В один уложусь.
Генеральный обвел взглядом свою команду.
— Принимаю, — сказал он и поднял руку.
— Принимаю, — повторил жест Шель.
— Принимаю при условии, что вы хотя бы на эти выходные оставите девчонку в покое, — заявил Костя.
У Колчевского от такой наглости аж зубы свело.
— Вот жук, — опередил его Мишель. — Условия пари меняются в твою пользу, а ты еще и условия ставишь? — Он рассмеялся.
— Попытаться-то я должен, — ответил на это КиберКот с усмешкой.
И Колчевский впервые задумался над тем, того ли человека поставил комдиректором. Впрочем, дополнительное условие играло Гене только на руку.
— Идет, — подвел он итог. — Срок пари сокращается до месяца. В эти выходные девчонку не трогать. Все согласны?
Возражений не последовало.
Коты разошлись по своим структурам. В дверь к генеральному постучали. В проеме появились кустистые брови.
— Вызывали, шеф? — протиснулся внутрь Дед Мороз.
— Доброго утречка, Александр Петрович, — проговорил Ген-директор, не отрывая взгляда от монитора.
— Ну, что у нас еще стряслось? — недовольно пробурчал начбез, гремя креслом для посетителей.
— А с чего ты взял, что у нас… — «Шеф» перевел взгляд с клавиатуры, по которой стучал, на монитор, и шевельнул мышкой, исправляя ошибку, — что-то стряслось?
— Примета есть такая, — сообщил Морозов. — Народная. Если после вашего, барин, «доброго утра» идет обращение по имени-отчеству, утро будет недобрым.
— Врешь. Ты. Всё, — раздельно произнес Ген-директор, с чувством шмякнул указательным пальцем по точке, отправил письмо и, наконец, развернулся к собеседнику. — И приметы твои врут. Помощь мне нужна.
Дед Мороз кивнул головой, показывая, что весь во внимании.