Поэтому когда потребовалась помощь по настройке, установке программ, борьбе с 1С, он обратился ко мне. «Своей крыши» тогда еще не существовало. И должности программиста в ней. Так, разовые заказы, разовые проблемы. И лишь потом, когда у его бригады — а потом бригад — появилась определенная репутация, он решил перейти на другой уровень.
— А он всегда был такой… — Кира хотела сказать «пугающий», но решила выразиться мягче: — суровый?
Тут к их столику подошла девушка с подносом. Перед Кирой поставили стакан сока, перед Костей — большую кружку капучино с многослойным сердечком, напоминающим луковицу. И выставили на стол креманку белоснежного пломбира с ягодным топиком, орешками и взбитыми сливками и две порции чизкейка: один шоколадный, другой классический. Шеф кивнул официантке, придвинул мороженное Кире и провел рукой над десертами.
— Здесь его хорошо готовят. Выбирайте, какой вам больше нравится.
Может, она всё же крикнула ему вслед? Кире стало неловко.
— Я взял на себя смелость заказать, — продолжил КиберКот. — Не обидите отказом?
Новикова быстро придвинула себе белый кусочек торта и вежливо поблагодарила. Зачем же человека обижать. Тем более, если всё такое вкусное… С минуту над столом висело молчание. А потом Константин продолжил:
— Нет, Геннадий не всегда был таким. Ему просто очень рано пришлось повзрослеть. Взять ответственность за семью. Ему было тогда пятнадцать или шестнадцать…
— Его родители разошлись? — предположила Новикова.
— Нет, дядя Коля никогда бы не бросил детей и жену, — сказал КиберКот таким тоном, будто Кира оскорбила его лично. — Он погиб.
Уже второй раз она вляпывается из-за незнакомого «дяди Коли». Нужно всё-таки разобраться с этим вопросом, чтобы не подорваться на этой мине в третий раз.
— Геннадий Николаевич говорил, что он был моряком, — осторожно вбросила шар Кира.
— Гена про него рассказывал? — искренне удивился Костя.
— Нет, — помотала головой Новикова. — Просто я нечаянно… отдавила в черной комнате хвост черному коту. Хотелось бы на будущее знать, где он прячется. Во избежание, так сказать… — и она попыталась скопировать улыбку Кота из Шрэка.
— Да, его отец был командиром подводной лодки. Она затонула во время испытаний. Очень шумная и некрасивая история тогда вышла. Лодка была спущена с местного судостроительного. Были жертвы среди заводчан, которые тоже находились на лодке. Какой-то заводской брак. Но одно время всех собак пытались повесить на «ошибку командования». Для Колчевских тогда были очень тяжелые времена.
Да уж. Отдавила так отдавила. Кира расстроилась.
— Но это дело прошлое, — Костя по-дружески сжал ее руку. — Гена — практически гениальный руководитель. А то, что суров, — так у нас Россия.