— Меня… такси ждет… — буркнула Новикова и юркнула к выходу.
На какой-то момент ей вдруг стало обидно, — почти до слез, — что с нею так несправедливо обошлись. Но потом, сквозь обиду и слезы, продралась здравая мысль, что всё не так плохо. Во-первых, она почти узнала Страшную Тайну арт-директора. Почти — потому что еще не узнала, но чувство вины — великая сила. Так что это «почти» — временный член выражения. Во-вторых, она действительно неплохо повеселилась, пока Воронцов окончательно не выпал в осадок. В-третьих, ей удалось не только не потратиться, но даже уйти в плюсе. «Порядочная девушка» в ней когтями и зубами отбивалась от жабы, которая твердила, что «плюс» — это за услуги по транспортировке бесчувственного тела. «Порядочная девушка» показала жабе кукиш и заявила, что всё, за минусом расходов на такси «туда-обратно», вернет при первой же возможности. Жаба была недовольна, но дрессирована. Поэтому заткнулась и тихо радовалась тому, что прямо сейчас такой возможности нет.
Несмотря на одну пробку по дороге, Кира приехала немного раньше, чем обычно. В кабинете уже сидели Вано и Роман.
— Клёвое платье, Кирчик, но для квеста не лучший вариант, — заявил Вано. — Или ты не идешь
— Какой квест? — не поняла Новикова. — И тебе привет.
— А, да, привет, — кивнул бывший одноклассник. — Мы сегодня на квест идем. Хорроровый. Ты что, не знала?
Кира пожала плечами. Скорее всего, не знала. Но могла и просто пропустить мимо ушей.
— Пойдешь? Хочешь? — продолжал Листьев.
— Не хочу, — призналась Кира. Ужасы — не ее стихия. — Но пойду. Сколько стоит?
Кира вздохнула. Жаба в ужасе приложила лапку к пасти. Если бы Мишель не проявил благородство, у Новиковой против внутренней амфибии не было бы никаких шансов.
— Ок. Кому «отдаваться»? — спросила девушка ровно в тот момент, когда в комнату ввалился Лёха.
— О, а что, можно предложить кандидатуру? — радостно оскалился он.
— Вот ему и отдашься, — сообщил Вано.
Кира вынула из кошелька голубую банкноту, пока она окончательно там не обжилась, и протянула Алексею.
— А чё, за это еще платить будешь? — прифонарел тот.
— Это за «Бункер», болван. — Листьев не поленился подняться и дать коллеге леща.
— Бли-ин, — обиженно хлюпнул эникейщик. — А я-то размечтался…
— О чем пригорюнился, добрый молодец, — ввалился в отдел Димон, но, критически оглядев Лёху, поправился: — Тьфу, то есть, о чем разнылась, красна девица. — И хлопнул в подставленную ладонь Листьева: не то здороваясь, не то отмечая очко в ворота эникейщика.