Но два раза снаряд в одну воронку не попадает. В смысле, не может человеку так везти.
— Здравствуйте, Геннадий Николаевич, — сказала Новикова, открыв дверь.
Ген-директор поднял пустые руки в стиле «хенде хох» и произнес:
— Лучше бы с тортом, — буркнула хозяйка, пропуская гостя в дом, но, заметив удивленный взгляд, уточнила: — В смысле, у меня вас угостить нечем.
— Я сыт, — успокоил ее генеральный.
Кира глубоко вздохнула:
— Может, сгонять? — неожиданно предложил гость. — За тортом?
— Да ладно, вы же не надолго, — понадеялась Новикова, но, подняв глаза в лицо Самому Большому Начальнику фирмы, поняла, что не угадала. — Простите, а вы тут как кто: как мужчина или как директор? Чтобы знать, насколько сильно пугаться.
— Вы не выглядите испуганной, — спокойно улыбнулся Колчевский.
Ген-директор был в принципе высок, а в маленькой прихожей Киры и вовсе выглядел Гулливером. Он был в уже знакомом «неформале», и стоял сейчас, засунув руки в задние карманы брюк.
— Это вы меня вчера не видели, — призналась Кира. — Вы не ответили на вопрос.
— Кира, — начал он, глядя в пол, а потом подняв взгляд. — Я изначально неправильно себя повел в отношении вас… Потом снова повел себя неправильно, и теперь оказался в сложной ситуации. Поэтому я хотел бы поговорить с вами в нормальной, комфортной для вас обстановке.
— Угу. Именно поэтому вы приходите ко мне утром, без предупреждения и в выходной день? — уточнила Новикова.
— Кира, уже час дня, — обезоруживающе улыбнулся гость и развел руками. — Так я надеялся застать вас дома, и у меня свободное время есть только в выходные.
Аргументы у Колчевского были, как у жабы, — железные. Но стойкое ощущение, что где-то ее кидают, техническую писательницу не оставляло.
— Давайте я схожу за тортом, и мы сделаем вид, что я пришел с предупреждением. Потому что мне снова нужна ваша помощь, — продолжил он, и Внутренняя Кира возликовала. Вот! Она сразу поняла, что генеральный здесь не просто так.
— Опять нужно текст на английский до завтра перевести?
— Хуже, Кира. С одной стороны. А с другой — лучше. Давайте я схожу за тортом и всё объясню.
Сложно описать глубину гнева, который испытал Гена, когда Мышь его кинула. Он, как последний дебил, купил букетище жутко дорогих роз и бутылку крутого красного вина. Когда до Колчевского дошло, что это — не шутка, что его реально оставили с носом, букетом и вином под закрытой дверью, он вколотил чертов веник за дверную ручку. Жажда крови брызжила из ушей и требовала выхода.