Кошмарных снов, любимая — читать онлайн бесплатно полностью

– И я… скучал, – признался он и подался вперед, заключая Джесс в объятия. Он стал выше и сильнее и куда более уверенным, но и раньше, когда они оба были глупыми подростками, она доверяла его рукам, чувствуя себя в них надежно защищенной. И губам доверяла тоже – знала, что они не станут целовать никого, кроме нее.

И верила всему, что он говорит. А он верил ей. И, кажется, зря.

Брент, едва касаясь губами щеки, поцеловал ее, замерев и опаляя дыханием кожу, и у нее по спине побежал электрический ток. Он мягко гладил девушку по спине, рукам, распущенным темным волосам, неспешно целуя лицо, исследуя губами ее скулы, подбородок, шею. И специально игнорируя губы, которые она от нетерпения едва заметно покусывала. Джесс могла лишь обнимать Брента в ответ, боясь отчего-то сделать больно и позволяя играть с собой в столь милую чувственную игру без намека на пошлость. Весь тот воздух, который она учащенно вдыхала, стал невыносимо горячим. В солнечном сплетении стало жарко, и этот приятный, плавящий солнечный жар лишь разрастался с каждой секундой.

И душа ее тоже горела – ярким белым светом, и Брент, казалось, понимал это. Он изредка отстранялся и смотрел на нее, пытаясь запомнить каждую черточку лица.

Сначала Брент коснулся ее губ указательным пальцем, и Джесс, смеясь, поймала его и игриво укусила за верхнюю фалангу – они сидели на кровати друг напротив друга, ее колени обхватывали его с двух сторон, а его – касались ее бедер.

Джесс запустила обе руки в его волосы, и так растрепанные ее усилиями, а он наконец поцеловал ее в губы – и их словно пламенем опалило и одновременно обожгло льдом.

Не в силах больше себя сдерживать, Джесс ответила на поцелуй почти с отчаянием, в котором были разбавлены нежность, дерзость и страсть. Не та, пошлая, которая без любви, а беспросветная, безнадежная, болезненная, переполненная этой самой любовью и ломающаяся под ее гнетом.

Рассыпающаяся на части и разламывающая душу, как шоколад.

Та страсть, без которой все прочие чувства казались безликими, пресными, ненужными.

Джесс целовала Брента с упоением, не желая отпускать, наслаждаясь каждым прикосновением, исследуя его тело и желая изучить душу – так хорошо, чтобы она стала единой для них обоих. Она обнимала его за спину, гладила по ставшим рельефным рукам, хваталась за плечи, чувствуя, как кружится голова от переизбытка чувств, и боясь упасть, проводила ладонью по напрягшемуся животу, и разрешала ему делать с собой все, что он хочет, – а он хотел ровно столько, сколько и она сама. А дарил, возможно, куда больше, чем могла подарить в эти минуты она, зная, что позднее возьмет свое.